“Надобно смело признаться, Лира!
Мы тяготели к великим мира:
Мачтам, знаменам, церквам, царям,
Бардам, героям, орлам и старцам,
Так, присягнувши на верность — царствам,
Не доверяют Шатра — ветрам.

Знаешь царя — так псаря не жалуй!
Верность как якорем нас держала:
Верность величью — вине — беде,
Верность великой вине венчанной!
Так, присягнувши на верность — Хану,
Не присягают его орде.

Ветреный век мы застали, Лира!
Ветер в клоки изодрав мундиры,
Треплет последний лоскут Шатра…
Новые толпы — иные флаги!
Мы ж остаемся верны присяге,
Ибо дурные вожди — ветра.

14 августа 1918



Better, my Lyre, to confess it freely!
It was the great ever stirred our feelings:
masts, battle ensigns, churches, and kings,
bards, epic heroes, eagles, and elders.
Those that are pledged to the realm, like soldiers,
do not confide their Tent - to the winds.

You know the Tsar - do not toy with the hunter!
Loyalty has held us, firm as an anchor:
loyalty to greatness - to guilt - to grief,
to the great crowned guilt - loyalty unswerving!
Those that are pledged to the Khan will serve him
- their oath is not to the horde, but its chief.

We struck a fickle age, Lyre, that scatters
all to the winds! Uniforms ripped to tatters,
and the last shreds of the Tent worn thin...
New crowds collecting - other flags waving!
But we still stand by our word - unwavering,
for they are devious captains - the winds.”