“Раньше реально думал, что старики болтаются внутри своей памяти и галлюцинаций, беспомощно ожидая, когда уснут. А за эти дни стало ясно, что у деда гораздо больше силы, чем у многих, но он ее пускает не на власть, а на проживание. Представил очередной раз, что он это я в старости, и это показалось вполне неплохим итогом. Жить так, чтобы под старость забуриться в глушь, ходить по светящимся полям, нюхать землю, лечить соседей от неясных недугов.”