“«Ислам придает смысл всей моей жизни. Я не могу без него жить. Он говорит мне, что делать, и рассказывает как. Это величайшая религия, единственная верная. Ваши религии – сказки с чудесами, сыновьями богов и этими триединствами. В исламе лишь один Бог, и у Него – вся власть. Мохаммед – единственный настоящий пророк Бога, и Его записи – единственный способ толкования божественного. Коран – это последнее откровение. Нам не нужно искать и не нужно принимать кого-то еще. Коран объясняет все о том, как жить и выполнять волю Бога. Я никогда не волнуюсь. Никогда не пью алкоголь. Не смотрю на молоденьких девушек и парней. Я женюсь по совету своего отца. Я никогда не думаю о суициде или о наркотиках. В отличие от жителей Запада, я не обременен сомнениями и страхами. Я знаю, что Аллах видит все, что я делаю, и если я делаю все, как написано в Коране, я буду вознагражден. Я спокоен и живу в согласии с собой и миром. Я люблю восход, потому что это творение Бога, и люблю закат, потому что Он его придумал. И когда я молюсь, я уверен, что Он слышит мои молитвы. А ваш слышит?»

Культура Мадагаскара строится на религии вуду, которая пришла сюда из Африки, и поклонении предкам, которое малагасийцам передали их азиатские предки. Все это дополняла интересная церемония под названием «Фамадихана», или переворачивание костей. После того как тело умершего проводило в могиле примерно пять или шесть лет и от него оставались лишь кости и сухожилия, члены семьи усопшего эксгумировали останки, открывали гроб, с любовью омывали кости, тщательно покрывали их медом для сохранности, затем танцевали с этими костями под зажигательную музыку, после чего складывали их в маленький ярко раскрашенный гроб для перезахоронения несколько дней спустя и проносили по улицам того города, жителем которого являлся покойник.

Это была самая бедная нация в Западном полушарии и, как мне казалось, наименее счастливая. Гаитянцы были мрачными и угнетенными, у них не было времени на развлечения. За всю неделю я не услышал смеха, даже робкого хихиканья, не видел, как играют дети, ни одного счастливого лица, хотя мне говорили, что культура Гаити богата поговорками, загадками, шутками, песнями и играми. Когда я приехал в потрепанную столицу Порт-о-Пренс, для полного завершения картины не хватало лишь дантовского изречения: «Оставь надежду всяк сюда входящий». Вместо этого над дорогой был протянут огромный баннер местной торговой палаты, призывавший местных жителей на креольском языке: «ПОМОГИ ЭКОНОМИКЕ ГАИТИ. НЕ ПОХИЩАЙ НИКОГО СЕГОДНЯ!»

Если перефразировать генерала Пола Шеридана, если бы я владел и Гаити, и адом, то я сдал бы Гаити внаем и жил в аду.

Догоны практикуют женское обрезание. Оно распространено по всей территории Африки, так как в патриархальных общинах верят, что эта тактика лишения женщин сексуального удовольствия делает их верными супругами. Догоны же практикуют обрезание по совсем иным, благородным и полезным, в их понимании, причинам. Они верят, что, когда их бог создавал Вселенную, он был еще слишком неопытен и совершил несколько ошибок, оставив мужчинам ненужную им женскую часть – крайнюю плоть, а женщинам бесполезную мужскую часть – клитор. Женщины и мужчины племени пытаются «исправить» эти ошибки и помочь каждому почувствовать истинную идентичность своего пола через обрезание. Избавляясь от «лишних» частей, мужчины становятся более мужественными, а женщины более женственными – это своеобразное обрезание без половой дискриминации. Церемония проводится с особой осторожностью и тщательностью в специальной пещере для обрезаний, здесь используются острые и стерильные инструменты, выкованные местным кузнецом. После церемонии догоны следят за состоянием юношей и девушек до тех пор, пока не пройдет опасность заражения.”