Jo confesso Quotes

“But what are you? Buddhist? Japanese? Communist? What?’ ‘I’m nothing.’ ‘Can you be nothing?’ I never knew how to answer that question when I was asked it as a child, because the wording troubled me. Can you be nothing? I will be nothing.”
― Jaume Cabré, Confessions

“A mi edad, empezaba a darme cuenta de que, más que las cosas, lo importante es la ilusión que ponemos en ellas. Eso nos hace personas.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Książki, która nie zasługuje na ponowne przeczytanie, nie warto było czytać w ogóle.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“every day I read and every day I realise that I have everything left to read. And every once in a while I reread, even though I only reread that which deserves the privilege of rereading.”
― Jaume Cabré, Confessions

“Generaciones y generaciones de baile frenético de millones de espermatozoides persiguiendo óvulos, concepciones casuales, muertes, aniquilaciones..., y ahora tú y yo estamos aquí, el uno frente al otro, como si no hubiera podido ser de ninguna otra manera. Como si sólo hubiera existido la posibilidad de un único árbol genealógico.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Once you’ve had a taste of artistic beauty, your life changes. Once you’ve heard the Monteverdi choir sing, your life changes. Once you’ve seen a Vermeer up close, your life changes; once you’ve read Proust, you are never the same again. What I don’t know is why.”
― Jaume Cabré, Confessions

“Evil. Why does your God allow it? He doesn’t keep evil from happening: all he does is punish the evildoer with eternal flames. Why doesn’t he prevent it? Do you have an answer?”
― Jaume Cabré, Confessions

“we try to survive the chaos with art’s order.”
― Jaume Cabré, Confessions

“–L’art de debò prové d’alguna frustració. Des de la felicitat no es crea.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Ολη η παιδική μου ηλικία στο σπίτι έχει καταγραφεί στο μυαλό μου σαν διαφάνειες από πίνακες του Χόπερ, με την ίδια κολλώδη μυστηριώδη μοναξιά. Βλέπω τον εαυτό μου σαν μία από αυτές τις φιγούρες που κάθονται σε ξέστρωτο κρεβάτι, με ένα βιβλίο παρατημένο σε μια γυμνή καρέκλα, ή που κοιτούν από το παράθυρο ή κάθονται δίπλα σ' ένα λιτό τραπέζι και παρατηρούν τον άδειο τοίχο.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“A verdadeira arte provem da tristeza, a felicidade não é criativa.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“A veces me asusta el poder del arte y del estudio del arte. A veces no entiendo por qué la humanidad se relaciona a porrazos habiendo, como hay, tantas cosas por hacer.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“These pages are the day-to-day record of something written chaotically, in many tears mixed with a little ink.”
― Jaume Cabré, Confessions

“Ik mis haar, maar ik wens haar toe dat ze iemand heeft gevonden die oprechter is dan ik.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Μερικές φορές σκέφτομαι τη δύναμη της τέχνης και της μελέτης της τέχνης και τρομάζω. Μερικές φορές δεν καταλαβαίνω γιατί οι άνθρωποι αλληλοσκοτώνονται, ενώ μπορούν να ασχοληθούν με τόσα πράγματα. Κι άλλοτε σκέφτομαι ότι είμαστε πρώτα κακόβουλα όντα κι έπειτα ποιητές, οπότε δεν υπάρχει σωτηρία.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Ο ηρωικός άνθρωπος είναι εκείνος που απαντάει με καλό, όταν του κάνουν κακό.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Killing in the name of God or in the name of the future is the same thing. When the justification is ideological, empathy and compassion vanish. One kills coldly, without one’s conscience being affected. Like the gratuitous crime of a psychopath.”
― Jaume Cabré, Confessions

“human reason cannot win out over the irrational powers of the emotional mind.”
― Jaume Cabré, Confessions

“It’s hard to believe that the most unthinkable tragedies can be born of the most innocent things.”
― Jaume Cabré, Confessions

“Изкуството е мое спасение, но не може да бъде спасение за човечеството.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“And he closed the case. I found it very unfriendly. So young and already mystery made him uncomfortable. There was no way he could be my friend. Ruled out. Kaputt. Then it turned out he also went to Casp, a year ahead of me. And his name was Bernat Plensa i Punsoda. I may have said that already. And he was so uptight, as if they’d bathed him in a vat of hair spray and forgot to rinse him off. And I had to admit, after sixteen minutes, that that unfriendly boy who refused to accept mystery, who would never be my friend, and who was named Bernat Plensa i Punsoda, had something about him that made a violin bought for one hundred and seventy-five pesetas at Casa Parramon sound with a delicacy I had never been able to achieve. And Trullols looked at him with satisfaction and I thought what a piece of shit my violin was. That was when I swore that I would make him shut up forever, him, the violin dedicated to Madame d’Angoulême and the hair spray he’d bathed in; and I think that it would have been much better for everyone if I’d never had that thought. For the moment, all I did was let it gradually ripen. It’s hard to believe that the most unthinkable tragedies can be born of the most innocent things.”
― Jaume Cabré, Confessions

“- Я думаю, люди движутся вперед , но потом обязательно возвращаются к началу. Человек всегда возвращается к истокам. Если только смерть не помешает.

Всё на свете имеет ко мне отношение. Думаю, я виноват в том, что человечество катится по наклонной.

Ад всегда наготове и только ждёт момента, чтобы войти и поселиться в нашей душе.

Это еще Гёте сказал. Персонажи, которые пытаются в зрелости осуществить желания юности, идут неверной дорогой. Для тех, кто не узнал или не познал счастья в свое время, потом уже слишком поздно, какие бы усилия они ни предпринимали. В любви, возвращенной в зрелые годы, можно найти самое большее с нежностью исполненную копию былых счастливых моментов.

Пусть кто-нибудь другой обгоняет. Адриа был не способен объехать медленный грузовик с йогуртами – главным образом потому, что глаза ему застили слезы, а там не предусмотрено дворников.

Дело в том, что он, как и все смертные, не умеет разглядеть счастья рядом, потому что его глаза ослеплены счастьем недосягаемым.

Стоит прикоснуться к красоте искусства - жизнь меняется. Стоит услышать Монтеверди-хор - жизнь меняется. Стоит увидеть Вермеера вблизи - жизнь меняется. Стоит прочитать Пруста - и ты уже не такой, каким был раньше. Я вот только не знаю почему.

И с того дня я узнал, что я тоже еврей, Сара. Еврей без Бога, старающийся жить так, чтобы никому не причинять зла... потому что стараться творить добро, на мой взгляд, - слишком претенциозно.

– Музыка Франца Шуберта переносит меня в прекрасное будущее. Шуберт способен в малом выразить многое. Он обладает неистощимой мелодической силой, исполненной изящества и очарования и в то же время полной энергии и правды. Шуберт – это художественная правда, и мы должны держаться его, чтобы спастись. Меня поражает, что он был болезненным человеком, без гроша в кармане, страдал от сифилиса… Какая сила есть в этом человеке? Какая власть есть у него над нами? Я прямо сейчас, на этом самом месте, преклоняю колени перед искусством Шуберта.

– Я вам завидую.
– Напрасно. Я столько времени учился – то медицине, то музыке, – что кажется, многое упустил в жизни.

– В искусстве – личное спасение, но в нём не может быть спасения для всего челоечества

Я хочу сказать, что можноисправить зло, причинённое одному человеку, сделав добро другому. Но зло должно быть исправлено.

Когда ты есть, смерти нет. Когда есть смерть, нет тебя. Поэтому бояться её – пустая трата времени.

Иногда я думаю о силе искусства и об изучении искусства, и мне становится страшно. Временами я не понимаю, почему человечество так упорно предается мордобою, хотя у него столько других дел.

Дожив до своих лет, я начал понимать, что важнее не сами вещи, а те фантазии, которые мы с ними связываем. Именно это и делает каждого из нас личностью.

Ложь, или полуправда, или несколько выдумок, ловко пригнанных одна к другой и потому становящихся правдоподобными, могут просуществовать некоторое время. И даже довольно долго. Но они никогда не продержатся всю жизнь, поскольку существует неписаный закон, по которому для всего, что существует на свете, однажды наступает час правды.

Жизнь рассыпала перед нами осколки стекла, и мы могли сильно пораниться.

Грешнику не дано искупления. Самое большее – прощение жертвы. Но часто, даже получив прощение, он не может жить.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“A veces no entiendo por qué la humanidad se relaciona a porrazos habiendo, como hay, tantas cosas por hacer. A veces pienso que somos malvados antes que poetas y por eso no tenemos remedio. El problema es que nadie tiene las manos limpias. Poquísimos, mejor dicho.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“com tots els mortals, no sap veure la felicitat que té a la vora perquè s’enlluerna amb la que no té a l’abast.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Kłamstwo czy półprawdę, czy kilka kłamstw powiązanych ze sobą w tak spójny sposób, że wydają się prawdopodobne, da się utrzymać przez pewien czas. Nawet przez długi czas. Ale nigdy przez całe życie, bo istnieje niepisane prawo o godzinie prawdy, która kiedyś nieuchronnie nadejdzie.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Tarptautinė politika neturi nieko bendra su didžiaisiais tarptautiniais idealais: viską lemia didieji tarptautiniai interesai.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Το να σκοτώνεις στο όνομα του Θεού ή στο όνομα του μέλλοντος είναι το ίδιο. Όταν η αιτία είναι κάποια ιδεολογία, η ενσυναίσθηση και η συμπόνεια εξαφανίζονται. Σκοτώνουμε ψυχρά, δίχως να επηρεάζεται η συνείδηση, σαν το αδικαιολόγητο έγκλημα ενός ψυχοπαθούς.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Īsta māksla dzimst no frustrācijas. No laimes neviens neko nerada.”
― Žaume Kabrē, Jo confesso

“Το έργο τέχνης γεννιέται από το ανικανοποίητο. Με γεμάτο στομάχι δεν δημιουργείς έργα τέχνης, πέφτεις για ύπνο.”
― Jaume Cabré, Jo confesso

“Με νευριάζει ο θάνατος, αλλά δεν με τρομάζει. Όταν υπάρχουμε εμείς, ο θάνατος απουσιάζει· και όταν είναι παρών ο θάνατος, δεν υπάρχουμε εμείς.”
― Jaume Cabré, Jo confesso