A School for Fools Quotes

“My love and my joy, if I die from illness, madness or sadness, if before the time allotted me by fate is up, I can't get enough of looking at you, enough joy in the dilapidated mills on the emerald wormwood hills, if I don't drink my fill of the transparent water from your immortal hands, if I don't make it to the end, if I don't tell everything that I wanted to tell about you, about myself, if one day I die without saying farewell—forgive me.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“...what will happen to us this night will resemble a flame consuming the icy desert, a shower of stars reflected in a piece of a mirror that in the darkness suddenly fell out of its frame to warn its owner about the proximity of death. It'll resemble the shepherd's pipe and the music that has not been written yet.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Человек не может исчезнуть моментально и полностью, прежде он превращается в нечто отличное от себя по форме и по сути, -- например, в вальс, в отдаленный, звучащий чуть слышно вечерний вальс, то есть исчезает частично, а уж потом исчезает полностью.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“You want to leave the moat, to go back to the room; you’re already turning and trying to find the door, covered with fake leather, in the steep wall of the moat, but the master succeeds in grabbing your hand and, looking straight in your eyes, says: Your assignment: describe the jaw of a crocodile, the tongue of a hummingbird, the steeple of the New Maiden Convent, a shoot of bird cherry, the bend of the Lethe, the tail of any village dog, a night of love, mirages over hot asphalt, the bright midday in Berezov, the face of a flibbertigibbet, the garden of hell, compare the termite colony to the forest anthill, the sad fate of leaves to the serenade of a Venetian gondolier, and transform a cicada into a butterfly, turn rain into hail, day into night, give us today our daily bread, make a sibilant out of a vowel, prevent the crash of the train whose engineer is asleep, repeat the thirteenth labor of Hercules, give a smoke to a passerby, explain youth and old age, sing a song about a bluebird bringing water in the morn, turn your face to the north, to the Novgorodian barbicans, and then describe how the doorman knows it is snowing outside, if he sits in the foyer all day, talks to the elevator operator, and does not look out the window because there is no window; yes, tell how exactly, and in addition, plant in your orchard a white rose of the winds, show it to the teacher Pavel and, if he likes it, give the white rose to the teacher Pavel, pin the flower to his cowboy shirt or to his dacha hat, bring joy to the man who departed to nowhere, make your old pedagogue—a joker, a clown, and a wind-chaser—happy.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Happily chatting and counting pocket change, patting each other on the back and whistling foolish songs, we go out on the thousand-legged street and miraculously turn into passersby.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“I don't know why it so happens in life that one absolutely can't do something simple but important.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Наши календари слишком условны и цифры, которые там написаны, ничего не означают и ничем не обеспечены, подобно фальшивым деньгам. Почему, например, принято думать, будто за первым января следует второе, а не сразу двадцать восьмое. Да и могут ли вообще дни следовать друг за другом, это какая-то поэтическая ерунда -- череда дней. Никакой череды нет, дни приходят когда какому вздумается, а бывает, что и несколько сразу. А бывает, что день долго не приходит. Тогда живешь в пустоте, ничего не понимаешь и сильно болеешь.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Я увидел маленькую девочку, она вела на веревке собаку - обыкновенную, простую собаку - они шли в сторону станции. Я знал, сейчас девочка идет на пруд, она будет купаться и купать свою простую собаку, а затем минует сколько-то лет, девочка станет взрослой и начнет жить взрослой жизнью: выйдет замуж, будет читать серьезные книги, спешить и опаздывать на работу, покупать мебель, часами говорить по телефону, стирать чулки, готовить есть себе и другим, ходить в гости и пьянеть от вина, завидовать соседям и птицам, следить за метеосводками, вытирать пыль, считать копейки, ждать ребенка, ходить к зубному, отдавать туфли в ремонт, нравиться мужчинам, смотреть в окно на проезжающие автомобили, посещать концерты и музеи, смеяться, когда не смешно, краснеть, когда стыдно, плакать, когда плачется, кричать от боли, стонать от прикосновений любимого, постепенно седеть, красить ресницы и волосы, мыть руки перед обедом, а ноги -- перед сном, платить пени, расписываться в получении переводов, листать журналы, встречать на улицах старых знакомых, выступать на собраниях, хоронить родственников, греметь посудой на кухне, пробовать курить, пересказывать сюжеты фильмов, дерзить начальству, жаловаться,что опять мигрень, выезжать за город и собирать грибы, изменять мужу, бегать по магазинам, смотреть салюты, любить Шопена, нести вздор, бояться пополнеть, мечтать о поездке за границу, думать о самоубийстве, ругать неисправные лифты, копить на черный день, петь романсы, ждать ребенка, хранить давние фотографии, продвигаться по службе, визжать от ужаса, осуждающе качать головой, сетовать на бесконечные дожди, сожалеть об утраченном, слушать последние известия по радио, ловить такси, ездить на юг, воспитывать детей, часами простаивать в очередях, непоправимо стареть, одеваться по моде, ругать правительство, жить по инерции, пить корвалол, проклинать мужа, сидеть на диете, уходить и возвращаться, красить губы, не желать ничего больше, навещать родителей, считать, что все кончено, а также - что вельвет (драпбатистшелкситецсафьян) очень практичный, сидеть на бюллетене, лгать подругам и родственникам, забывать обо всем на свете, занимать деньги, жить, как живут все, и вспоминать дачу, пруд и простую собаку.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“The song of the years, the melody of life. Everything else - is not you, all others are strangers. And you yourself, who are you? You don't know. You'll get to know it later, when you string the beads of memory. You'll be what is most endearing, most cruel and most eternal.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Because what should I fear facing eternity, if today the wind tousles my hair, freshens my face, blows into the collar of my shirt, flows through my pockets, and rips the buttons off of my jacket, while tomorrow it breaks useless old buildings, uproots oaks, stirs and swells reservoirs, and carries the seeds from my orchard all over the world—what should I fear, I, geographer Pavel Norvegov, an honest suntanned man from the fifth suburban zone, a modest but well-qualified pedagogue, whose thin but still-regal hand from morning until evening keeps turning the empty planet made of the deceptive papier-mâché?”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“whether it's the bitter treasury of folk wisdom or sweet adages and dicta, whether it's the dust of the bedamned or the dismay of the beloved, the sacks of bums or Judas's sums, whether it's movement from or standing by, the lies of the defrauded or the truths of the defamed, whether war or peace, whether stages or studios, taints or torments, whether darkness or light, hatred or pity, in life and beyond it—whether it's any of these, or anything else, you have to make good sense of it.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“The rhododendron, growing every minute somewhere in Alpine meadows, are far happier than we, for they know neither love, nor hate, nor the Perillo slipper system, and they don't even die, since all nature, excepting man, is one undying, indestructible whole. If one tree somewhere in the forest perishes from old age, before dying, it gives the wind so many seeds, and so many new trees grow up around it on the land, near and far, that the wold tree, especially the rhododendron doesn't mind dying. [...] Only man minds and feels bitter, and burdened as he is with egotistical pity for himself.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Das ist so ein dichterischer Unsinn – die Reihenfolge der Tage. Es gibt keinerlei Reihenfolge, die Tage kommen, wann es ihnen passt, manchmal auch ein paar auf einmal. Es kommt auch vor, dass ein Tag lange nicht kommt. Dann lebt man in die Leere, begreift nichts und ist recht krank. Und andere Leute auch, sind auch krank, aber sie halten den Mund.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“A book is the best gift, everything best in me I owe to books, book after book, cherish books-they ennoble and refine one's taste, you look in a book but see gobbledygook, a book is man's best friend, it enhances interiors, exteriors, and fox terriers.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Niekas nepajėgus išmokti: lietaus triukšmo, leukonijos kvapo, nebūties nuojautos, kamanės skrydžio, Brauno judėjimo ir dar daug ko. Viso to galima mokytis, bet išmokti - niekada.”
― Saşa Sokolov, A School for Fools

“Радость моя, если умру от невзгод, сумасшествия и печали, если до срока, определенного мне судьбой, не нагляжусь на тебя, если не нарадуюсь ветхим мельницам, живущим на изумрудных полынных холмах, если не напьюсь прозрачной воды из вечных рук твоих, если не успею пройти до конца, если не расскажу всего, что хотел рассказать о тебе, о себе, если однажды умру не простясь - прости. Больше всего я хотел бы сказать - сказать перед очень долгой разлукой - о том, что ты, конечно, знаешь давно сама, или только догадываешься об этом. Мы все об этом догадываемся. Я хочу сказать, что когда-то мы уже были знакомы на этой земле, ты, наверное, помнишь. Ибо река называется. И вот мы снова пришли, вернулись, чтобы опять встретиться.”
― Саша Соколов, A School for Fools

“Но лучше уйдем от них, уедем на первой же электричке, я не желаю слышать их голоса.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“On one of the shores the cuckoo was counting my years.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Горит стосвечевая лампочка, пахнет сургучем, веревкой, бумагой. За окном – ржавые рельсы, мелкие цветы, дождь и звуки узловой станции. Действующие лица. Начальник Такой-то – человек с видами на повышение. Семен Николаев – человек с умным видом. Федор Муромцев – человек обычного вида.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools

“Мало ли, как бывает, во-первых, может оказаться, что все это сон, во-вторых, возможно, что песок здесь необычайно плотный и я, весящий всего столько-то килограммов, не оставил на нем следов из-за своей легкости, и в-третьих, вполне вероятно, что я и не выходил еще из лодки на берег, а до сих пор сижу в ней и, естественно, не мог оставить следов там, где еще не был.”
― Sasha Sokolov, A School for Fools