Lauma > Lauma's Quotes

“Мы поздоровались. Я неловко и сбивчиво объяснил ему, в чем дело.
Буш улыбнулся и неожиданно заговорил гладкими певучими стихами:
— Входи, полночный гость! Чулан к твоим услугам. Кофейник на плите. В шкафу голландский сыр. Ты братом станешь мне. Галине станешь другом. Люби ее, как мать. Люби ее, как сын. Пускай кругом бардак…
— Есть свадкие бувочки! — вмешалась Галина. Буш прервал ее мягким, но величественным жестом:
— Пускай кругом бардак — есть худшие напасти! Пусть дует из окна. Пусть грязен наш сортир… Зато — и это факт — тут нет советской власти. Свобода — мой девиз, мой фетиш, мой кумир!
Я держался так, будто все это нормально. Что мне оставалось делать? Уйти из дома в первом часу ночи? Обратиться в «скорую помощь»?
Кроме того, человеческое безумие — это еще не самое ужасное. С годами оно для меня все более приближается к норме. А норма становится чем-то противоестественным.
Нормальный человек бросил меня в полном одиночестве. А ненормальный предлагает кофе, дружбу и чулан… Я напрягся и выговорил:
— Быть вашим гостем чрезвычайно лестно. От всей души спасибо за приют. Тем более что, как давно известно, все остальные на меня плюют…
Затем мы пили кофе, ели булку с джемом. Сиамская кошка прыгнула мне на голову. Галина завела пластинку Оффенбаха. Разошлись мы около двух часов ночи.”
― Sergei Dovlatov, The Compromise

“The first drink of the day brings us into the present moment: we become Buddhists. That first drink also has a physically restorative effect. I find I can spend all day complaining about being tired, listless, lacking in energy, desperate for sleep. Then at six, in the pub or at home, with a pint of foaming nut-brown ale before me instead of a computer screen, I will suddenly perk up. Energy will rush back into my body. I am alive. And with one drink, the wage slaves of the day are transformed into thinking, feeling, laughing, independent human beings. We are our own masters once more.”
― Tom Hodgkinson, How to Be Idle

“Redzi, Lasīt, mēs šeit, ziemeļos, esam gandrīz kā iesākums tam visam. No garrokainajiem, kas spriņģoja apkārt ledus laikmetā apmēram tādos pašos apstākļos kā mēs, mēs neesam attālinājušies tik daudz, lai nespētu atgriezties atpakaļ. Mēs esam visa civilizācija, bet mēs esam arī tās sākums.”
― Jørn Riel

“Rīts bija riebīgs. Pelēks, caurcaurēm slapjš kā sazin kādas sēnes lipīgā cepurīte. Durvju rokturi tādās dienās šķiet pārāk cieti, jebkurš ēdiens skrāpē aukslējas, cīruļi neģēlīgi rosās un neļauj mierīgi palaiskoties gultā, bet pūcēm nekas nav pa prātam un tās nikni atcērt uz katru vārdu.”
― Mariam Petrosyan, Дом, в котором...

“The first words that are read by seekers of enlightenment in the secret, gong-banging, yeti-haunted valleys near the hub of the world, are when they look into The Life of Wen the Eternally Surprised.

The first question they ask is: 'Why was he eternally surprised?'

And they are told: 'Wen considered the nature of time and understood that the universe is, instant by instant, recreated anew. Therefore, he understood, there is in truth no past, only a memory of the past. Blink your eyes, and the world you see next did not exist when you closed them. Therefore, he said, the only appropriate state of the mind is surprise. The only appropriate state of the heart is joy. The sky you see now, you have never seen before. The perfect moment is now. Be glad of it.'

The first words read by the young Lu-Tze when he sought perplexity in the dark, teeming, rain-soaked city of Ankh-Morpork were: 'Rooms For Rent, Very Reasonable.' And he was glad of it.”
― Terry Pratchett, Thief of Time

“... Есть что-то жалкое в корове, приниженное и отталкивающее. В ее
покорной безотказности, обжорстве и равнодушии. Хотя, казалось бы, и
габариты, и рога... Обыкновенная курица и та выглядит более независимо. А эта - чемодан, набитый говядиной и отрубями... Впрочем, я их совсем не знаю...”
― Sergei Dovlatov

“У хорошего человека отношения с женщинами всегда складываются трудно. А я человек хороший. Заявлено без тени смущения, потому что гордиться тут нечем. От хорошего человека ждут соответствующего поведения. К нему предъявляют высокие требования. Он тащит на себе ежедневный мучительный груз благородства, ума, прилежания, совести, юмора.”
― Sergei Dovlatov, The Compromise

“IN MY EXPERIENCE, SUSAN, WITHIN THEIR HEADS TOO MANY HUMANS SPEND A LOT OF TIME IN THE MIDDLE OF WARS THAT HAPPENED CENTURIES AGO.”
― Terry Pratchett, Thief of Time

“Taču tas nav svarīgi. Viena trula diena nogurdina arī pašā labākajā laikā, viena stulba sapulce var izraisīt nicinājumu pret cilvēci.”
― Jaak Jõerüüt

“I cannot sleep unless I am surrounded by books.”
― Jorge Luis Borges

“The speed of her tongue is not correctly calculated; the speed per second of her toungue should be slightly less than the speed per second of her thoughts -at any rate not the reverse.”
― Yevgeny Zamyatin, We

“Let us add also that the urban pub has been fiercely undermined by the gym. Instead of heading straight to the pub after work, an increasing number of pleasure-hating lunatics appear to enjoy going to the gym, where instead of quaffing foaming pints of nut-brown ale in convivial company they run alone on treadmills while watching MTV on giant screens to distract them from their agony. If you really want to exercise, then why not find a pub that is a one-mile walk from the office or home? That way, you ' ll walk two miles every day and have a good time.”
― Tom Hodgkinson, How to Be Idle

“Самая неприятная тишина там, где много людей молчат.”
― Mariam Petrosyan, Дом, в котором...

“Никогда — это слишком долгое слово.”
― Mariam Petrosyan, Дом, в котором...

“Каждый сам выбирает себе Дом. Мы делаем его интересным или скучным, а потом уже он меняет нас. Ты можешь согласиться со мной, а можешь не соглашаться. Это тоже будет в своём роде выбор”
― Мариам Петросян

“nevajadzīga dzelzs uz atdzisušas laktas, vainīgas plēšas, mokoši aizdzēries āmurs - es ellīgi dzeru un maz lasu, varbūt tur tā vaina?
agrāk lasīju grāmatu dienā, dažreiz pat divas, lasīju visu pēc kārtas - pat neizturamo paracelzu, beigu beigās vairs neatšķīru cukurstandziņas no kanta izdomātas ierīces zeķu novilkšanai, bet elementāro ķermeni - no astrālā, noskaitos un pārtraucu lasīt vispār”
― Ļena Eltanga, Каменные клены

“Diezin vai visā pasaulē ir kāda tik visvarena, tik aizraujoša un reizē šausmīga parādība kā sievietes orgasms. Tas ir kā Niagaras ūdenskritums, vērots no iekšpuses.”
― Suzanne Brøgger

“Lūdzu, tāds viņš – Nams – ir. Visā savā godībā. Sēdi un blenz sienā vai griestos. Klausīdamies mūziku vai neklausīdamies. Beidzies vai nost no garlaicības un vienā laidā pīpē, lai vismaz kaut ko darītu. Bet apkārt tikmēr klīst arvien zvīņaināki barveži, Nams tev iededzina vai neiededzina savu zīmi, un tas viss beigu beigās var izrādīties pasaciņas, ko sadzejo Šakālis, kuram, vai traks, kā patīk visus biedēt ar briesmu stāstiem.”
― Mariam Petrosyan, The Gray House

“Laiks Namā rit citādi nekā Ārienē. Par to neviens nerunā, bet dažs labs paspēj nodzīvot divus mūžus un novecot tikmēr, kamēr citam aizrit nieka mēnesis un ne vairāk. Jo biežāk tu iekrīti starplaika caurumos, jo ilgāk dzīvo, bet to dara tikai tie, kas šeit jau ir sen, tādēļ atšķirība starp vecajiem un jauniņajiem ir milzīga, nav jābūt lielam gudrelim, lai to ieraudzītu. Paši alkatīgākie lec vairākas reizes mēnesī, un pēc tam velk līdzi sev vairākas savas pagātnes versijas. Tādu rīļu kā es Namā vairs nav, un tātad nav neviena, kurš būtu nodzīvojis tik loku, cik esmu nodzīvojis es. Lepoties nav vērts, bet es tomēr lepojos, jo izcila alkatība taču arī ir savdabīgs sasniegums.”
― Mariam Petrosjan, The Gray House

“It didn’t matter where you were, if you were in a room full of books you were at least halfway home.”
― Lev Grossman, The Magician's Land