“Я всегда ссылаюсь на опыт своего деда. Он был человек резковатый после контузии. К нему как-то, году в 1977, пришли пионеры и сказали: «Дедушка, мы хотим вас пригласить в школу, чтобы вы рассказали о своих подвигах». Его аж затрясло. Он сказал: «Я воевал в 1941. Не до подвигов было». В общем, ни в какую школу он не пошел, потому что война — это, прежде всего, ежедневная грязь, гной, тяжесть, голод. Когда детям рассказывают о войне, как о сплошном подвиге, как это было в старом советском кинематографе, то дети и вырастают в ощущении того, что повоевать — это круто.”