“Вообще-то, все их лица были абсолютно бесстрастными. Я не замечала этого раньше, когда сидела среди них на полу с репортерским блокнотом на коленях — дурацкой декорацией. На их лицах не было ни одобрения, ни насмешки. Никто не улыбался. Но никто и не хмурился. Симмер-Браун удалось каким-то образом обучить их не давать оценки. Они смотрели на меня, и в глазах не было никаких суждений. Медитативное упражнение работало с двух сторон: для зрителей из зала оно было столь же сложным, как для стоящего на сцене. Домой я вернулась в шоке. В той комнате реальность ощущалась особенно остро; это было прямо противоположное состояние тому, когда все находятся под действием наркотиков, — чрезмерная ясность. Интересно было узнать: оказывается, когда все суждения и оценки отпадают, остается ясность. Я всегда полагалась на оценки и в работе, и в жизни, таким образом я постигала мир. Но что, если это не помогает? Что, если так я лишь загрязняю воду вместо того, чтобы очищать ее? Мне было достаточно лет, чтобы понять: я знаю себя — и знаю, что никогда не смогу смотреть на мир без призмы рефлексивных суждений. Но ведь можно было хотя бы попробовать. Другие студенты попробовали — и энергии, исходившей от них, хватило бы, чтобы осветить маленький город.”