“Если ты в этом мире и не в этом мире, если ты берешь вещи и не владеешь ими, если ты ешь и остаешься голодным, если ты спишь и устаешь, если ты любишь и насилуешь себя, если ты — ты и не ты… Я никогда не сталкивался с абсолютом, но я знаю его, как знает сон тот, кто страдает бессонницей, как знает свет тот, кто смотрит на тьму. Возможно, это и есть первородный грех: неспособность любить и быть счастливым, проживать время, каждый момент, в полной мере, не испытывая ярости, которая могла бы сжечь его, заставить его немедленно закончиться.”