“Митя шагнул ближе — сердце его гулко билось. Протянул руку — ему потребовалась вся сила воли, чтобы пальцы не дрожали! — и вывернул воротник сорочки, вглядываясь в шов. Посмотрел… Не поверил глазам. Принялся лихорадочно перебирать ткань, разглядывая боковые швы, ухватился за манжеты… И поднял на старика полные ужаса глаза.

— Вы что? — умирающим голосом спросил он. — На сорочку от Калина поставили ворот и манжеты сорочки от Генри?

— Тю! И шо? — удивился портной.

— Но… Это же Калин! — Митя потряс полой сорочки. — А это — Генри! — Он схватился за манжет.

— Теперича это старый Яшка Альшванг!”