“«Это не поза, — подумал Аллейн, — это уморасположение: баронесса Ван дер Вегель (и, очевидно, ее муж) неподдельно благочестивы и, — подумал он, искоса взглянув на этрусскую улыбку, — по всей вероятности, она обладает той спокойной беспощадностью, которая очень часто соседствует с пуританством».”