“Уборная в вагоне неописуема. Тем не менее, я постараюсь ее описать. Я же романист, в конце концов. Представьте себе, что двадцать бизонов с расстройством желудка заперли в одной уборной на две недели. Теперь постарайтесь представить, что по полу пролегает открытая сточная канава. Добавьте сюда политзаключенного из ИРА, объявившего грязную забастовку и отказавшегося мыться. Нужного запаха можно добиться, откопав несколько разложившихся трупов, добавив парочку здоровых молодых скунсов — и тогда вы довольно близко подойдете к тому, на что похожа и чем пахнет уборная в этом вагоне”