“А есть — там. Там морозам не удивляются ни лошади, ни люди. Там север, но не совсем Север. Юго-Север. Бывает и южно, и северно. И лето, и зима. Но зима дольше. Все богатство тоже растет из почвы. От полей ждут хлеба. Поля принадлежат хозяевам. Работают на полях работающие. Они тоже принадлежат хозяевам. Они привязанные к земле и к хозяину через землю. Хлеб — главный в желудках работающих. Тела работающих — мясо, которое выросло из хлеба.

Дочь хозяина была милая, очень трепетная, довольно добрая и часто щедрая — то есть удобная для любви.

Когда она была несчастна — ей лучше писалось, когда она была счастлива — ей лучше придумывалось.

В книгах, которые они с Домной читали, любовь часто приводила к трагедии, но неработающая этого не замечала. Она сильно приготовилась и настроилась любить.

Вышла замуж — как убили.

Она много сделала новых вещей в замужестве, но все они были выданы в придачу с Мужем, с домом, со статусом работающей. Никакие из них не рассказывали о Домне

Так без семьи можно остаться. Так и без самой себя можно остаться.

Хоуп в коже Домны тоже молчала, но однажды не выдержала и сказала, что ее Первая страна никакая не свободная, ибо как можно назвать свободной страну, которая зарабатывает свой капитал бесплатным и тяжелым трудом многих тысяч людей.”