“Справа и слева вырастают цепи синевато-коричневых холмов, резко выделяющихся на фоне оливковой зелени плато, которое, словно молнии, прорезают небольшие реки. То тут, то там мелькают чёрными точками пасущиеся стада яков. Высоко в голубом небе плывут облака, которые можно увидеть только в Тибете. Снизу они ровные и плоские, а сверху-нагромождение чудес ных фигур: драконы, тигры, рыбы и цветы лотоса парят над бесконечным плоскогорьем. Эти белые кучевые облака, как гигантские зонтики, отбрасывают на землю острова теней. На горизонте появляется одинокий всадник, пересекает нагорье и теряется на его просторах. В Тибете одиночество исполнено такого достоинства, какого я не встречал больше нигде. Теперь я понимаю, что значат слова "мой дом - Вселенная" .
Слева у подножия холма стоят врассыпную низкие белёные дома с плоскими крышами - Деревня четырёх драконов. На крышах сложен запас хвороста на зиму. Над потемневшими деревянными дверями сине-красная роспись и рога яков. В нескольких километрах от деревни, словно мираж, лежит бирюзовое озеро. За ним возвышается к небу гора с отвесной ледовой стеной, у её подножия стадо овец, будто белое облачко.
Воздух кристально чист и так прозрачен, что местность видно на несколько дней пути вперёд. Становится ясно, что тибетец, хранящий в сердце этот пейзаж, нигде не будет чувствовать себя потерянным, что некоторые страны неуязвимы для идеологий, а их население невозможно поработить.”