ОДИН МАЛЕНЬКИЙ ПОРОСЁНОК И ОДНО БОЛЬШОЕ СВИНСТВО (серия 1)

1
Давным-давно жил-был мельник по имени Арнольд.
С раннего утра и до поздней ночи работал он на своей мельнице. Не то, чтобы ему приходилось много работать. Денег у него вполне хватало, семья его ни в чём не нуждалась. Мельник легко мог нанять сколько угодно работников и беднее бы не стал. Но дед мельника, и дед его деда, и ещё много других дедов работали на мельнице, не разгибая спины, и мельник тоже работал. А глядя на мельника, работали и жена его, и сыновья, и лошадь, и собака, и кошка, и куры, и даже мыши работали, потому что стыдно не работать.
- Работайте-работайте, не вздумайте отдыхать! Выдалась свободная минутка – сделайте что-нибудь полезное! – так говорил Арнольд домашним.
И вдруг родилась у него дочка, которую назвали Бетта. Такая хорошенькая, такая милая, что кто ни посмотрит – у того сердце тает от нежности. И мельник растаял самый первый. Как с писанной торбой носился он с малюткой – сам ей игрушки делал, тетёшкал и баловал, с ярмарки привозил самые красивые наряды и игрушки, и вообще на руках носил. И только на работу не брал Арнольд свою дочь, потому что решил, что такая красивая и милая девочка только королю невестой станет, а невеста короля не должна гнуть спину.
И была у дочки мельника любимая игрушка, тряпичная свинка, набитая соломой. С самого младенчества девочка с этой игрушкой не расставалась. Но однажды износилась игрушка и рассыпалась на лоскутки и труху. Расстроилась дочка мельника, ни пить, ни есть не могла, всё по свинке вздыхала. И тогда Арнольд сказал:
- Не плачь, маленькая Бетта, я тебе настоящую живую свинку подарю.
И отправился мельник в лес.

2
А в лесу, в большом кабаньем семействе, жил поросёнок Фред. У него было три брата и три сестры, пять дядь и семь тёть, а уж двоюродных братьев и сестёр и пересчитать было невозможно, не то что запомнить. Целый день резвился Фред с другими поросятами, визжал, толкался, рыл пятачком землю в поисках вкусных корешков, плюхался в лужу, если жарко, зарывался в мох, если холодно, и вообще жил в своё удовольствие.
Но тут пришёл мельник и сказал маме-кабанихе:
- Отдай мне самого маленького и никудышного поросёнка, а я дам за него воз желудей, три бочки жмыха и помои со своего двора целый год привозить буду.
Мама-кабаниха подумала и согласились. Мало ли, какая зима приключится, вдруг голодать придётся? Засунул мельник поросёнка Фреда в мешок, кинул в телегу и увёз к себе, а дома вытряхнул из мешка на пол и сказал:
- Вот тебе, доча, подарок!
- Хрюня! Хрюня! – обрадовалась Бетта.
Не успел поросёнок проморгаться, а его уже обхватили чьи-то маленькие тёплые ручки. Мельник велел поросёнку играть с Беттой, кормить её, купать, вовремя укладывать спать и делать уборку в комнате.
Нельзя сказать, что дочка мельника Фреду не понравилась. Бетта была весёлая и ласковая, не дралась и не толкалась, делилась игрушками и лакомствами, её даже просить не нужно было. Но всё время приходилось ходить на задних ножках, и копытцами ложку держать было очень трудно. И ещё Фред очень скучал по лесу и по родичам.

3
Целыми днями Фред нянчился с Беттой. Утром поможет одеться, умыться, расчесаться. Нос вытрет, косички заплетёт. Покормит, посуду вымоет, веником мусор сметёт, тряпкой пыль вытрет, бельё перестирает, сушиться развесит, и всё время деловито похрюкивает. Бетту это похрюкивание очень веселило.
Вечером Фред укладывал Бетту спать, рассказывал сказку, пел колыбельную, и когда дочка мельника засыпала, сам ложился на мягкий коврик у кровати и засыпал.
К поросёнку в семье мельника хорошо относились, но никак не мог Фред забыть свою семью. Нет-нет да взгрустнёт, глядя в окно. И вот однажды, играя с Беттой, Фред вспомнил, как играл со своими братьями и сёстрами в лесу, не выдержал и расплакался.
Раньше в семье мельника никто не плакал. По крайней мере при Бетте никто своей печали не показывал. Поэтому Бетта очень удивилась и даже испугалась, что её поросёнок вдруг начал тоненько визжать, а из глаз его брызнули слёзы. Уж не рассыплется ли он на тряпочки, как рассыпалась старая игрушечная свинка? Но поросёнок не рассыпался, и девочка, не зная, что делать, обняла его, положила в свою кроватку, спела колыбельную, и поросёнок заснул. И тогда Бетта взяла веник и стала подметать в комнате.
В это время жена мельника Бригитта заглянула в окошко и всё увидела. Она шёпотом позвала кошку и велела ей бежать на мельницу и всех позвать, полюбоваться. Сбежались все домочадцы – и сыновья мельника, и собака, и лошадь, и куры, и мыши, и сам мельник, и даже соседская корова. Смотрят в окно: поросёнок в кроватке посапывает под одеялом, а дочка мельника игрушки в ящик сложила, половики расправила, мусор замела на совочек и пошла выносить.
Вот тут-то мельник не выдержал, влез прямо в окно, скинул поросёнка на пол и давай ругаться:
- Тебе за дитём велели приглядывать, а вместо этого дитё само с тобой нянчится! Пшёл вон из дома, нЕработь!
Однако жена мельника сказала, что не надо выгонять поросёнка, потому что ей нужен помощник – таскать мешки. Мельник поворчал-поворчал, но согласился. Отработает воз желудей, три бочки жмыха и помои – и пусть катится обратно в свой лес.
И стал Фред работать на мельнице. Жил он в старом парнике, который мельник переделал под свинарник. Каждое утро собака будила поросёнка на работу. Проснётся Фред, подойдёт к старому корыту, отопьёт настоявшейся воды и плетётся к амбару. А там жена мельника кладёт ему на спину мешок зерна. Поросёнок тащит его на мельницу, а там сыновья мельника зерно забирают и кладут на спину поросёнку мешок муки, чтобы он его обратно в амбар тащил. Так и проходит день: мешок зерна туда, мешок муки обратно.

4
Закончилась осень, наступила зима. Поросёнок всё ещё не отработал даже половины воза с желудями, не говоря о жмыхе и помоях. Целыми днями таскал он мешки, уныло стуча копытцами по дощатому настилу двора, потом возвращался в свой парник, весь белый от муки, ел помои с хозяйского стола и засыпал прямо рядом с миской.
Обычно у Фреда не оставалось вообще никаких сил, ему даже сны не снились. Всю ночь мышата прыгали по нему, вытряхивая из щетинок остатки муки, а поросёнок этого даже не замечал. Но как-то ночью он вдруг проснулся, дрожа от страха. Все волоски на нём стояли дыбом, потому что в парнике пахло волком. Поросёнок тревожно поднял голову и задрал пятачок вверх.
Да, ошибки быть не могло – это был волк. И едва поросёнок собрался завизжать от страха, как в ворота кто-то громко постучал.
- Кто там ходит в такую темень? – спросила собака.
- Зови хозяина, шавка облезлая, а то ворота сломаем, - послышался с улицы хриплый волчий голос.
Собака, конечно, не боялась волков, у неё даже ружьё было, хоть и деревянное, но настоящее. Но у ружья только один ствол, а волков снаружи было не меньше трёх.
- Спит хозяин, днём приходите!
- Ничего, разбуди. У нас новости хорошие.
Уж какие волки могли принести хорошие новости, поросёнок не знал, но через щёлку в стене хорошо видел, как собака забежала в дом, а через пару минут с ней вместе во двор выскочил хозяин, в сапогах, трусах и каске.
- Вы чего, серые, совсем ошалели? – зашипел Арнольд на незваных гостей.
- Ты, мельник, не гоношись, не гоношись перед гостями. Мы без ножей и без дубинок пришли, и даже наоборот.
- Как это – наоборот? – удивился мельник.
- А ты ворота открой – и увидишь.

5
От неожиданности мельник открыл ворота. Снаружи стояли на задних лапах три матёрых волка, и у каждого через плечо была кроваво-красная лента.
- С подарками мы пришли, - сказал самый высокий, почти с мельника ростом, волк. – За невесту.
- За какую ещё невесту?!
- Цену набиваешь? – усмехнулся волк. – В лесу все давно знают, что у тебя дочка родилась. У тебя дочка, а у нашей волчихи – сын. Вот мы и пришли заранее договориться, чтобы ты свою дочь за нашего волчонка замуж отдал.
- Вы в своём ли уме, сваты зубастые?! – рассердился мельник. – Ей и трёх лет не исполнилось, она едва ходить научилась, и говорить-то толком не умеет!
- Вот и хорошо, - сказал уже другой волк, пониже и постарше, чем первый. – На что нам невеста, которая по-человечьи говорит и ходит? Потому и пришли мы заранее, пока она ещё несмышлёныш. Уж мы её и бегать, и говорить по-нашему, по-разбойничьи, научим, а как вырастет – сын нашей волчихи на ней женится. Соглашайся, мельник! За это ни тебя, ни семью твою, ни скотину, и вообще никого из вашей деревни ни в нашем лесу, ни в окрестных обидеть никто не посмеет! А чтобы не думал ты, будто мы понапрасну языками треплем, глянь на улицу.
Глянул мельник за ворота, а там пять огромных возов стоят: один с горой лисьих мехов, в другом - гора беличьих, и ещё три воза с заячьими шкурками. Тут уж Арнольд совсем дар речи потерял.
И тогда третий волк, самый старый, лысый и одноглазый, вышел вперёд и сказал:
- Придём мы за дочкой твоей через месяц, когда луна снова в полную силу войдёт. Зарежь к тому времени лошадь свою, собаку свою, кур своих и корову соседскую, и навари пива ячменного десять бочек – всю ночь гулять будем. А всем прочим на деревне накажи двери запереть и носа на улицу не показывать, не то пограбим-пожжём всё вокруг, ибо страшны мы во хмелю.
Первый волк, принюхавшись, добавил:
- И свинью не забудь.
Сказавши это, волки взвыли на луну, опустились на четыре лапы и убежали прочь. А мельник, так и не одевшись, разбудил лошадь, чтобы она ему помогла возы во двор затащить.

6
Утром домашние, конечно, удивились, откуда на дворе такое богачество. Мельник же строго-настрого запретил собаке и лошади рассказывать о ночных гостях, а остальным наплёл, будто меха проезжий купец попросил оставить на сохранение.
Только поросёнок не спрашивал про возы. Фред с раннего утра бегал от амбара до мельницы и обратно как заведённый. Ему очень хотелось быстрее отработать долг, чтобы через месяц его не зарезали и не отдали волкам на съедение. Видя, как он старается, жена мельника сказала:
- Глупый, куда торопишься? Сейчас в лесу холодно, есть нечего, а тут и жильё, и еда, и одёжка какая-никакая. Перезимуешь с нами, а по весне, если уж так хочешь, иди в лес, никто и слова поперёк не скажет.
Очень уж ей не хотелось снова на тачке мешки возить. Но Фред не слушал её уговоры. Он молча подставлял спину и бежал на мельницу с новым мешком зерна.
К вечеру кошка, подсчитав количество перенесённых мешков, сказала, что поросёнок очень славно потрудился, и если так дальше пойдёт – ему ещё и платить будут. Но и её поросёнок не слушал, потому что так уморился за день, что едва дополз до своего парника и заснул, даже не поев.

7
Дни теперь полетели один за другим, словно воробьи: один, два, три… Каждый вечер Фред с тревогой смотрел на убывающую луну, и с каждым утром принимался за работу ещё усерднее. Жена мельника, сыновья мельника, его лошадь, собака, кошка, куры, мыши и даже соседская корова не могли взять в толк, что произошло с поросёнком, но Фред никому ничего не говорил, а только молча таскал мешки. И едва месяц на небе истончился до тонкой ниточки, кошка сделала запись в амбарной книге, что поросёнок полностью отработал долг.
Это было так неожиданно, что у Фреда подогнулись ножки и он чуть не сломал свёрнутый колечком хвостик, плюхнувшись задом на твёрдый пол.
- Правда?
Кошка пощёлкала костяшками счёт и сказала, что Фреду полагается ещё мешок репы. Быстро придя в себя, Фред поблагодарил, но вместо мешка попросил какую-нибудь попонку, чтобы не замёрзнуть, пока он будет возвращаться домой. Жена мельника покопалась в старых вещах и отыскала старую ежовую шубу.
- Сыновья мои носили, когда маленькие были, – сказала Бригитта, отдавая Фреду обновку. – А может, останешься? Хорошо же сработались.
Что и говорить, сработались поросёнок и жена мельника и вправду на славу, но Фред не хотел задерживаться в деревне ни на один лишний день.
Наступила тёмная безлунная ночь, и Фред впервые за эти две недели заснул с улыбкой на измученной мордочке. Теперь он абсолютно свободен и уже завтра направится домой. То-то все удивятся!
Всю ночь на улице трещал мороз, но поросёнок совсем его не чувствовал, потому что ежовые шубы очень тёплые. Посапывая и причмокивая, Фред в своём счастливом сне шустрым кабанчиком мчался к родным и солнце весело мелькало в дубовой листве.

8
Едва солнце поднялось над белым от инея столетним ельником, и вся деревня из серо-голубой сделалась ярко-оранжевой, на околицу из леса выбежал охотничий пёс. Он сильно прихрамывал и оставлял за собой длинный кровавый след. Едва добежав до первой кривенькой избушки, выкрикнул слабеющим голосом:
- Волки! Берегись, волки!
Дверь избушки отворилась и оттуда выскочила старушка с валенком на голове.
- Где?! Где волки, милый!
- Сюда бегут… Уже близко… Предупре… - пробормотал упавший у порога пёс и затих.
Старушка заохала, но делать нечего – побежала как была в лаптях на босу ногу к висящему у калитки дырявому ведру, схватила торчащий из сугроба батожок и изо всех старушечьих сил начала мутузить по ведру и кричать:
- Волки! Волки близко! Берегись!
Весть моментально разнеслась по всей деревне. Взрослые ли, дети, козы ли, овцы - все тут же забыли о начатых с утра делах и бросились запирать ставни, ворота, избы и сараи. Кто мог похватали вилы, топоры, косы и притаились.
Долго ждать не пришлось: почти сразу в деревню ворвались серые разбойники. Но они не стали как обычно нападать на все дворы подряд. Волки проскользнули через всю деревню, как нога в расхлябанное голенище – ни за что не цепляясь, никого не трогая. Казалось, они просто спешили по своим делам и решили немного срезать путь.
И только добежав до мельницы волки вдруг жутко завыли, заулюлюкали и, в мгновение ока перепрыгнув через изгородь, оказались во дворе мельникова дома.

9
Поросёнок проснулся оттого, что дверь в его парник резко открылась и внутрь вбежала жена мельника с Беттой на руках и два мельниковых сына – Леопольд и Гарольд.
- Хрюня! – обрадовалась было Бетта, но жена мельника закрыла ей рот ладонью.
- Эй, что случилось! – начал возмущаться Фред.
Но сыновья мельника прижали палец к губам и прошептали:
- Тсс! Волки!
Мельник закрыл парник, завалил дверь кучей навоза, чтобы человеческого запаха нельзя было почувствовать (волки, как известно, брезгливые, вони не любят), а сам с лошадью, собакой, кошкой, курами, мышами и невесть откуда свалившейся соседской коровой заперся в амбаре. И не успел он опустить засов, как через ограду во двор хлынули волки
Огромная белая волчиха несколько раз прошлась по двору, принюхиваясь, потом подошла к воротам амбара и громко сказала:
- Эй, мельник! Я знаю, что ты там. Выходи, поговорить надо.

10
Фред выглянул наружу через щель в стене.
Была волчиха очень красивая: шерсть белая, как снег, глаза голубые, как лёд, зубы острые и блестящие, как ножи. Прочие волки при ней даже дышать боялись, не то от большой любви, не то от великого страха.
- Идите прочь! – крикнул мельник из-за ворот амбара. – Вам здесь не рады!
- Плохой ты человек, мельник, жадный! – усмехнулась волчиха. – Мы к тебе с подарками, а ты к нам охотника подослал.
- Не нужны мне ваши подарки, забирайте и проваливайте!
- Чего же сразу не сказал?
- Вам, головорезам, попробуй слово неласковое сказать, сразу драться лезете!
- Нет уж, мельник, так дело не пойдёт. Не заплатил бы ты охотнику, не велел бы всю стаю до последнего волчонка задавить – отступились бы мы, в другом бы месте невесту наследнику нашли. А сейчас не обессудь – заберём невесту. Надо бы ещё мельницу твою пограбить-пожечь, жену и сыновей в плен забрать, тебя смерти лютой предать, но уж коли мы с тобой породниться решили, то и подарки оставим, и обещание деревню вашу не трогать не нарушим. Выходи, отдавай дочку свою!
Жена мельника, услыхав такие слова, не выдержала и запричитала, обняла дочку покрепче. Дочка мельника тоже в голос заревела. Услышала волчиха плач, подскочила к парнику, толкнула лапой стену – и упала хлипкая стена, придавив поросёнка и мельниковых сыновей. Схватила волчиха девочку за рукав шубки и вырвала из материнских рук. Тотчас завыли волки, заулюлюкали, вынесли ворота с петель и умчались в тёмный лес.

11
Едва волков не стало слышно, Фред и мальчики выползли из-под упавшей стены. Бригитта сидела на полу и в голос плакала. Вскоре прибежал мельник. В панике оглядевшись, он начал шарить внутри парника: заглянул под перевёрнутое корытце, разобрал сваленные в углу ящики, даже разворошил соломенную подстилку, на которой спал Фред. Ничего не отыскав, он бросился к жене. Опустившись на корточки перед женой, Арнольд спросил:
- Бригитта, с Беттой всё в порядке?
- Что? – Бригитта подняла на мужа опухшие от слёз глаза.
- Где Бетта? Ты её спрятала?
- Арнольд, о чём говорила та волчиха?
Арнольд вскочил и отпрянул от жены:
- Ты что, отдала им Бетту?
Бригитта тоже поднялась на ноги.
- Я думала, это ты им её отдал.
- Я?! – разозлился мельник. – Я сразу же охотника нанял, чтобы он всё их племя на корню извёл! А ты вот так взяла и отдала мою малышку… - лицо мельника сморщилось и он заплакал: - Бетта моя, Бетта!
Леопольд и Гарольд бросились обнимать отца. А Фред стоял на месте, уставившись в угол между оградой и баней. Шёрстка на спине поросёнка стояла дыбом, он не верил глазам и не мог понять, почему никто, кроме него, не обращает внимания на то, что он видит.
- Хозяин, - негромко сказал Фред. – Хозяин, смотри, кажется, там…
Арнольд посмотрел, но не туда, куда показывал Фред, а на самого поросёнка. Губы мельника поджались, он оттолкнул сыновей, решительно подошёл к поросёнку и пнул его сапогом под брюшко так, что Фред, отчаянно завизжав, взмыл в воздух и упал точнёхонько в то место, куда только что смотрел с удивлением и ужасом. Вслед Фреду прилетела ежовая шубка.
- Убирайся отсюда, вонючая свинья! – крикнул Арнольд. – Или котлет из тебя наделаю!
И ушёл, громко топая сапогами.
А Фред остался один на один с маленьким серым комочком, прятавшимся в углу двора.
Это был волчонок.

12
- Тсс! – прошептал волчонок. – А то съем.
Вблизи он оказался не таким большим, как Фреду показалось сначала. Пожалуй, Фред был в два раза больше волчонка, и легко мог съесть его сам. Но от неожиданности он об этом не подумал.
- Ты что здесь делаешь? – спросил Фред тоже шёпотом.
- Прячусь.
Фред вздохнул и уточнил вопрос:
- А как ты здесь очутился?
Из сбивчивого рассказа волчонка Фред понял, что на стаю хотел напасть охотник с собаками, но волков всё равно оказалось больше. В итоге охотник залез на священную ель и сидит там, а собаки разбежались, спасаясь от волчьих зубов. Тогда главная волчиха провыла большой поход, и все незанятые разбоем волки и волчихи устремились за ней. Волчонок в это время гостил у бабушки. Они спали в логове, и волчонок зарылся поглубже в бабушкин загривок, чтобы спать было теплее. Когда главная волчиха провыла, бабушка подскочила и побежала вместе со всеми, а волчонок от неожиданности вцепился зубами ей в шерсть и так доехал до деревни. Во дворе мельника он вдруг учуял незнакомый приятный запах и решил проверить, чем так пахнет. И только он нашёл, как все ускакали.
Без него.
- Не поняла, - раздался вдруг голос кошки. – Это что – волк? Он что, съел мою колбаску?
Час от часу не легче, подумал Фред.