Leigh Bardugo > Quotes > Quote > Nastassja liked it
“В мгновение ока он протянул руку, схватив мое запястье. Комната обрела четкость. Он притянул меня ближе, устроив между своих коленей*. Вторая ладонь прижалась к моей пояснице, сильные пальцы стали поглаживать спину.
- Ты рождена моим балансиром, Алина. Лишь ты одна в целом мире могла бы править со мной, держать мою силу в узде.
- А кто же сдержит мою? – Слова вырвались до того, как я успела их осознать, и мысль, гнетущая меня куда больше, чем мифическая жар-птица, которой возможно и не существует, наконец обрела голос. – Что если я не лучше тебя? Что если я не стану тебя тормозить, а обращусь лавиной?
Он молча вглядывался в меня какое-то время. Дарклин всегда смотрел так, будто я уравнение, которое он никак не может решить.
- Хочу, чтобы ты узнала мое имя, - наконец сказал он. – Имя, данное мне при рождении, а не титул, что я избрал. Примешь ли ты этот дар, Алина?
Я могла ощущать вес кольца Николая на собственном пальце, там – в Маховике. Мне ни к чему было оставаться здесь, в объятиях Дарклина. Мне ничего не стоило раствориться в его руках, очнуться в своем теле, в безопасности каменной комнаты, сокрытой в недрах горного пика. Но уходить мне не хотелось. Вопреки всему, я желала услышать тайну.
- Да, - выдохнула я.
Выдержав паузу, он ответил:
- Александр.
У меня вырвался смешок. Дарклин выгнул бровь, на его губах появилась улыбка.
- Что?
- Оно такое… распространенное. - Совершенно обычное имя, его носили и короли, и простолюдины. Я знала двух Александров в приюте Керамзина, с тремя познакомилась в Первой Армии. Один из них погиб в Пустыне.
Улыбка Дарклина стала шире, он склонил голову набок. Видеть его таким было почти физически больно.
- Произнесешь его? – спросил он меня.
Ответила я не сразу, чувствуя, как опасность сжимает меня в тиски.
- Александр, - прошептала я.
Улыбка померкла, глаза серого цвета блеснули сталью.
- Еще, - потребовал он.
- Александр.
Дакрлин наклонился ближе. Его дыхание на моей шее, давление губ на коже – чуть выше хомута, тихий вздох.
- Не надо, - сказала я, дернувшись назад, но он удержал меня силой.
Его рука скользнула к моему затылку, длинные пальцы запутались в волосах, моя голова слегка запрокинулась, и я прикрыла глаза.
- Позволь, - прошептал он, приникая к моему горлу.
Нога Дарклина обвилась вокруг моего бедра, привлекая меня еще ближе. Я ощутила жар его языка, крепкие гибкие мышцы под обнаженной кожей, когда он провел моими ладонями по своему торсу, сомкнув их на талии.
- Это всё нереально, - сказал он. – Лишь разреши.
Во мне пробудился голод – уверенный, жаждущий ритм желания, который ни ему, ни мне совершенно не нужен, но мы оба ему поддались. Мы были одни в целом мире, нам не было равных. Мы были связаны и связь эта вечна.
Вот только всё это не важно.
Я не могу забыть о его грехах, и никогда не прощу того, кто он есть - убийца. Монстр. Человек, мучивший моих друзей и истреблявший тех, кого я пыталась спасти.
Я вырвалась из объятий.
- Это вполне реально.
Дакрлин прищурился:
- Эта игра уже утомляет, Алина.”
― Ruin and Rising
- Ты рождена моим балансиром, Алина. Лишь ты одна в целом мире могла бы править со мной, держать мою силу в узде.
- А кто же сдержит мою? – Слова вырвались до того, как я успела их осознать, и мысль, гнетущая меня куда больше, чем мифическая жар-птица, которой возможно и не существует, наконец обрела голос. – Что если я не лучше тебя? Что если я не стану тебя тормозить, а обращусь лавиной?
Он молча вглядывался в меня какое-то время. Дарклин всегда смотрел так, будто я уравнение, которое он никак не может решить.
- Хочу, чтобы ты узнала мое имя, - наконец сказал он. – Имя, данное мне при рождении, а не титул, что я избрал. Примешь ли ты этот дар, Алина?
Я могла ощущать вес кольца Николая на собственном пальце, там – в Маховике. Мне ни к чему было оставаться здесь, в объятиях Дарклина. Мне ничего не стоило раствориться в его руках, очнуться в своем теле, в безопасности каменной комнаты, сокрытой в недрах горного пика. Но уходить мне не хотелось. Вопреки всему, я желала услышать тайну.
- Да, - выдохнула я.
Выдержав паузу, он ответил:
- Александр.
У меня вырвался смешок. Дарклин выгнул бровь, на его губах появилась улыбка.
- Что?
- Оно такое… распространенное. - Совершенно обычное имя, его носили и короли, и простолюдины. Я знала двух Александров в приюте Керамзина, с тремя познакомилась в Первой Армии. Один из них погиб в Пустыне.
Улыбка Дарклина стала шире, он склонил голову набок. Видеть его таким было почти физически больно.
- Произнесешь его? – спросил он меня.
Ответила я не сразу, чувствуя, как опасность сжимает меня в тиски.
- Александр, - прошептала я.
Улыбка померкла, глаза серого цвета блеснули сталью.
- Еще, - потребовал он.
- Александр.
Дакрлин наклонился ближе. Его дыхание на моей шее, давление губ на коже – чуть выше хомута, тихий вздох.
- Не надо, - сказала я, дернувшись назад, но он удержал меня силой.
Его рука скользнула к моему затылку, длинные пальцы запутались в волосах, моя голова слегка запрокинулась, и я прикрыла глаза.
- Позволь, - прошептал он, приникая к моему горлу.
Нога Дарклина обвилась вокруг моего бедра, привлекая меня еще ближе. Я ощутила жар его языка, крепкие гибкие мышцы под обнаженной кожей, когда он провел моими ладонями по своему торсу, сомкнув их на талии.
- Это всё нереально, - сказал он. – Лишь разреши.
Во мне пробудился голод – уверенный, жаждущий ритм желания, который ни ему, ни мне совершенно не нужен, но мы оба ему поддались. Мы были одни в целом мире, нам не было равных. Мы были связаны и связь эта вечна.
Вот только всё это не важно.
Я не могу забыть о его грехах, и никогда не прощу того, кто он есть - убийца. Монстр. Человек, мучивший моих друзей и истреблявший тех, кого я пыталась спасти.
Я вырвалась из объятий.
- Это вполне реально.
Дакрлин прищурился:
- Эта игра уже утомляет, Алина.”
― Ruin and Rising
No comments have been added yet.
