Мертвые души. Том второй, написанный Николаем Васильевичем Гоголем, им же сожженный, вновь воссозданный Юрием Арамовичем Авакяном и включающий полный текст глав, счастливо избежавших пламени

by Nikolai Gogol, Николай Гоголь, Юрий Авакян (Contributor)

Второй том постигла печальная участь, о которой знает каждый поклонник творчества Гоголя. Мечтой жизни Юрия Арамовича Авакяна было воссоздание второго тома поэмы «Мертвых душ» Николая Васильевича Гоголя. Перед Юрием Арамовичем стояла необыкновенно сложная задача — воссоздать текст второго тома, бережно сохраняя и стиль, и язык автора бессмертного произведения, максимально используя фрагменты оригинального текста, те, что сохранило для нас Провидение. В 1994 году второй том был воссоздан. Заново были написаны семь глав, те, которые в свое время не пощадил огонь, дописаны недостающие фрагменты второй, четвертой и заключительной одиннадцатой главы. Второй воссозданный том «Мертвых душ» — дань безмерного восхищения творчеству великого Человека, преклонении перед его памятью и осуществленная мечта Юрия Авакяна.

396 pages, Paperback

Published January 1, 1994

About the author

People consider that Russian writer Nikolai Vasilievich Gogol (Николай Васильевич Гоголь) founded realism in Russian literature. His works include The Overcoat (1842) and Dead Souls (1842).

Ukrainian birth, heritage, and upbringing of Gogol influenced many of his written works among the most beloved in the tradition of Russian-language literature. Most critics see Gogol as the first Russian realist. His biting satire, comic realism, and descriptions of Russian provincials and petty bureaucrats influenced later Russian masters Leo Tolstoy, Ivan Turgenev, and especially Fyodor Dostoyevsky. Gogol wittily said many later Russian maxims.

Gogol first used the techniques of surrealism and the grotesque in his works The Nose , Viy , The Overcoat , and Nevsky Prospekt . Ukrainian upbringing, culture, and folklore influenced his early works, such as Evenings on a Farm near Dikanka .
His later writing satirized political corruption in the Russian empire in Dead Souls .

Reviews

[Дмитрий Давыдов · Rating 5 out of 5]

Не часто читаю "реконструкции" (или, как бы их назвали сегодня, "фанфики"), сходу могу вспомнить только седьмую Дюну, которая получилась совсем не такой, как оригинальные книги. Здесь же претензий нет: стиль очень похож, те же старомодные словечки (по типу "нумер", например), и богатые описания природы, и восторгание родиной, и в целом атмосфера произведения сохранена в лучшем виде. Как написал кто-то из комментаторов, автор честно выполнил взятую на себя непростую задачу - лучшей рецензии, наверное, и не напишешь

Книга хорошо подогнана под доступные черновики второго тома. Сюжет вполне затягивает, но, по сравнению с первым томом, кажется, что некоторые события развиваются слишком быстро и просто, как будто автор пытался уместить в 11 глав замысел, который явно требовал больше места. Иногда бросаются в глаза моменты, слишком похожие на современность, например, когда чиновники говорят о том, как будут строить церкви, школы и т.п. - не уверен, была ли в те времена так популярна среди них такая риторика, да кто ж теперь знает. Стиль, как я уже говорил, хорошо имитирует гоголевский, но вроде бы читается легче, наверное, благодаря тому, что Авакян все-таки наш современник. По сравнению с первым томом заметно преображение Чичикова из мелкого безобидного мошенника в довольно-таки жестокого бесславного ублюдка, не гнушающегося поломать кому-то жизнь, но, судя по черновикам, такое преображение было задумано в оригинале. Есть даже забавное рефлексирование на тему "если б я и отказался описывать столь плохого человека и сжег рукопись, все равно найдется тот, кто сделает это за меня"

Итого: достойное продолжение. Буду читать третий том, написанный целиком Авакяном. Тем более что в этой книге не чувствуется завершенности - виден задел на продолжение, с которым было бы интересно ознакомиться

[Albert · Rating 4 out of 5]

Если перед прочтением отбросить мысли вроде «покусился на святое», «да кто этот Авакян против Гоголя» и пр., то «спасённый» второй том читается с интересом и отторжения не вызывает.

Понятно, что по сути перед нами заполнение пробелов (с 5 по 10 главу из 11) в готовом сюжете и (хорошая!) стилизация, но спустя сотню страниц об этом уже забываешь и воспринимаешь работу Авакяна как вполне самостоятельное произведение.

Задача «не испортить то, что было», на мой взгляд, выполнена на отлично. Да, был бы это сам Гоголь, то по своим современникам он прошёлся бы гораздо злее и с массой недоступным нам теперь подробностей. А так спасибо и за это.