The Tarantas : Impressions of a Journey Russia in the 1840s

by Vladimir Sollogub, Владимир Александрович Соллогуб, William Edward Brown (Translator)

Book by Vladimir Sollogub

Genres: Fiction

208 pages, Hardcover

First published January 1, 1989

Reviews

[Tanya Karpova · Rating 5 out of 5]

Очень интересная, пронизанная юмором, философская повесть в духе гоголевского натурального направления. В ней автор затрагивает, в частности, такие вопросы, как крепостное право и национальное самосознание в России, и делает это остроумно и увлекательно. По сюжету два помещика — Иван Васильевич и Василий Иванович — случайно встречаются на Тверском бульваре и решают совершить путешествие на тарантасе в Казань, в ходе которого славянофил Иван Васильевич получит возможность исследовать "настоящую Русь".

Василий Иванович шел себе по Тверскому бульвару и довольно лукаво посмеивался при мысли о всех удовольствиях, которыми так расточительно изобилует Москва. В самом деле, как подумаешь, Английский клуб. Немецкий клуб. Коммерческий клуб и все столы с картами, к которым можно присесть, чтоб посмотреть, как люди играют и большую и малую игру. А там лото, за которым сидят помещики, и бильярд с усатыми игроками и шутливыми маркерами. Что за раздолье!.. А цыгане-то, а комедии-то, а медвежья травля меделянскими мордашками у Рогожской заставы, а гулянье загородом, а театр-то, театр, где пляшут такие красавицы и ногами такие вензеля выделывают, что просто глазам не веришь.
[...]
В это самое время на Тверском бульваре гулял также Иван Васильевич. Иван Васильевич-молодой человек, только что вернувшийся из-за границы. На нем английский макинтош без талии, панталоны его сшиты у Шевреля, палка, на которой он упирается, куплена у Вердье. [...] Прежде, когда русский молодой человек возвращался из Парижа, он привозил с собой наружность парикмахера, несколько ярких жилетов, несколько пошлых острот, разные несносные ужимки и нестерпимо решительное хвастовство. Благодаря бога, все это теперь вывелось. Но теперь другая крайность. Теперь молодежь наша прикидывается глубокомысленною, изучает политическую экономию, заботится о русской аристократии, хлопочет о государственном благе, и — как бы вы думали? — за границей делается она русскою, даже чересчур русскою, думает только о России, о величии России, о недостатках России, и возвращается на родину с каким-то странным восторгом, иногда смешным и неуместным, но по крайней мере извинительным и во всяком случае более похвальным, чем прежнее ничтожество. Достойный представитель юной Руси, Иван Васильевич объездил всю Европу, и, вникая в политическую болтовню перемешанных сословий, приглядываясь к мелким страстям, прикрытым громкими именами общей пользы, свободы и просвещения, он понял, как велика и прекрасна во многом его отчизна, и с того времени загорелась в нем жаркая, хотя бессознательная любовь к родине, и с того времени он начал гордиться перед собой и перед целым светом тем, что он родился русским человеком.

Потрясающе написано))) В общем, наш крепостной реакционер-славянофил воспылал любовью к России-матушке и придумал написать путевые заметки о быте в разных городах и сёлах нашей необъятной. Иронично то, что он не находит ничего стоящего для заметок, ничего, что бы отражало "истинную Россию", но настоящими заметками получается сама повесть. Мета!

Наши герои проезжают различные города, которые разочаровывают патриота своим несоответствием его ожиданиям, но которые потрясающе красиво и увлекательно описаны Соллогубом, особенно Нижний Новгород с его Печорским монастырем, которому посвящена отдельная глава!

Налево, у ног ваших, под ужасною крутизною, вы увидите широкую реку-матушку, любимую народом, прославленную русскими поверьями и песнями; гордо играет она и блещет серебряной чешуей, и плавно и величественно тянется в сизую даль.

Тут пестреют все племена, раздаются все наречия, и тысячи лавок завалены товарами, и сотни тысяч покупателей теснятся в рядах, балаганах и временных гостиницах. Тут все население толпится около одного кумира — кумира торговли. Повсюду разбитые палатки, привязанные обозные телеги, дымящиеся самовары, персидские, армянские, турецкие кафтаны, перемешанные с европейскими нарядами, повсюду ящики, бочки, кули, повсюду товар, какой бы он ни был: и брильянты, и сало, и книги, и деготь, и все, чем только не торгует человек.

По пути герои сталкиваются с курьёзными ситуациями, которые показывают, что все пылкие славянофильские речи Ивана Васильевича — это пустые слова человека, всю жизнь прожившего в европейских столицах и загоревшегося модным течением, а на деле он стоит далеко от простых людей, которых по-прежнему презирает и негодует, если человек ниже его по статусу не встаёт при виде барина. Это некий аналог чиновника из "Нашей Раши", который сидел в золоченых хоромах и "думал о России".

Рано утром, когда Василий Иванович потрясал еще стены своим богатырским храпом, Иван Васильевич отправился отыскивать древнюю Русь. Ревностный отчизнолюбец, он желал, как читатель уже знает, отодвинуть снова свою родину в допетровскую старину и начертать ей новый путь для народного преобразования. Ему это казалось совершенно возможным, во-первых, потому, что несколько приятелей его были одинакового с ним мнения, во-вторых, потому, что он России не знал вовсе.

Вся повесть содержит множество интересных сведений о России 19-го века, о культуре, укладе, например о традициях сватовства, о философско-политических идеях того времени и социальных проблемах. Что немаловажно, произведение легко читается благодаря тонкому юмору и сатирическим наблюдениям. Очень рекомендую!

(Я всё-таки написала рецензию! Пацан сказал — пацан сначала не сделал, но потом всё-таки сделал!)

[Trounin · Rating 3 out of 5]

Что в России есть особенного, о чём хотелось бы рассказывать тем, кто оную населяет? Соллогуб предпочёл думать, будто ничего подобного измыслить невозможно. Для этого он рассказал историю молодого франта, прибывшего из поездки по загранице. Насмотревшись на западную жизнь, подивившись тамошним обычаям, он вспомнил про Россию, где нечто подобное должно в той же мере существовать, о чём отчего-то не пишут. Проблема заключалась в недостатке средств, молодой человек порядком истратился. А ехать ему предстояло под Казань, где располагалось имение отца. На его счастье, или горе, он встретил знакомого, как раз туда отправляющегося. Беда заключалась в другом — ехать предстояло на тарантасе. Оно и к лучшему, подумал молодой человек, таким образом он увидит подлинное лицо России. И так бы оно и обстояло, не посчитай Соллогуб нужным показать банальность обыденности.

(c) Trounin

[Wil Van der heide · Rating 4 out of 5]

Sollogub, VA; De Tarantas 9789072247865 NL
pg 98: "Laten we ons hoeden voor de Duitse arrogantie, voor het Engelse egoïsme, de Franse liederlijkheid en de Italiaanse luiheid ...."

[Tabaqqui · Rating 3 out of 5]

so so