What do you think?
Rate this book
Серебряная Инна
Роман «Серебряная Инна» (в оригинале «Хохай», так называется местность на севере Швеции) – одна из самых ярких скандинавских книг последних лет, номинированная на главную литературную премию Швеции – имени Августа Стриндберга. В Германии по ней снят популярный фильм «Снежная страна» с Юлией Йентш в главной роли. Это история двух женщин из разных эпох; обе они пережили потерю любимого человека, обе утратили желание жить. Совершенно случайно прошлое и настоящее встречаются на заснеженных просторах Северной Швеции, где люди сходят с ума от темноты и одиночества, – чтобы примирить мертвых и дать надежду живым.
- GenresFiction
252 pages, Hardcover
First published January 1, 1997
About the author
Elisabeth Rynell
20 books12 followersElisabeth Rynell (born 17 May 1954) is a Swedish poet and novelist. Her novel Till Mervas (2002), the first to be translated into English, appeared in 2011 as Mervas.
Born in Stockholm, Rynell was the daughter of an English teacher and a nurse. After completing her schooling, she spent a year in England as an au pair. She has also visited Iran and Afghanistan on an overland trip to Pakistan and India. After spending much of her life in the far north of Sweden, she now lives in Stockholm and Hälsingland.
After her husband died when he was only 22, Rynell embarked on her writing career, publishing seven collections of poetry and four novels, both highly esteemed in Sweden. Her first collection of poems Nattliga samtal (Noctural Conversations) appeared in 1990 but it was her novel Hohaj (1997) which brought her into the limelight and earned her two literary prizes. Her most recent work, Skrivandets sinne (Sense of Writing, 2013) is a collection of autobiographical essays evoking her writings about the city and the countryside as well as accounts of her closest friends, including the author Sara Lidman.
Elisabeth Rydall has received several awards including the Swedish Radio Novel Prize in 1998 for Hohal, the Swedish Academy's Dobloug Prize in 2007 and the Sara Lidman Prize in 2014.
(from Wikipedia)
Born in Stockholm, Rynell was the daughter of an English teacher and a nurse. After completing her schooling, she spent a year in England as an au pair. She has also visited Iran and Afghanistan on an overland trip to Pakistan and India. After spending much of her life in the far north of Sweden, she now lives in Stockholm and Hälsingland.
After her husband died when he was only 22, Rynell embarked on her writing career, publishing seven collections of poetry and four novels, both highly esteemed in Sweden. Her first collection of poems Nattliga samtal (Noctural Conversations) appeared in 1990 but it was her novel Hohaj (1997) which brought her into the limelight and earned her two literary prizes. Her most recent work, Skrivandets sinne (Sense of Writing, 2013) is a collection of autobiographical essays evoking her writings about the city and the countryside as well as accounts of her closest friends, including the author Sara Lidman.
Elisabeth Rydall has received several awards including the Swedish Radio Novel Prize in 1998 for Hohal, the Swedish Academy's Dobloug Prize in 2007 and the Sara Lidman Prize in 2014.
(from Wikipedia)
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 21 of 21 reviews
![Profile Image for Ieva Strazdiņa [mrs.lasitaja].](https://i.gr-assets.com/images/S/compressed.photo.goodreads.com/users/1659017528i/124023459._UX200_CR0,0,200,200_.jpg)
December 10, 2022
“Nekas nenovājina cilvēku vairāk kā stiprums”
Grāmatā paralēli rit divi stāsti. Senāks - Innas un Ārona mīlestības stāsts, kas noris uz Innas un viņas kroplā tēva destruktīvo attiecību fona un Ārona nespējas sadzīvot ar savu pagātni, kā dēļ viņš kļuvis ar pasaules klaidoni, fona.
Otrs stāsts ir par apjukušu un apmaldījušos sievieti - grāmata sākas ar to, ka sieviete zaudējusi savu vīru un rokas pagātnē, lai rastu atbildes uz jautājumiem, kā dzīvot tālāk.
Otrs stāsts ir tēlaināks, taču diezgan vienmuļš, savukārt otrs, iespējams, mazāk poetisks, taču noteikti aizraujošāks un arī pretīgāks, ko tādu padarīja Innas un Kupraiņa – viņas tēva -attiecības. Šis man burtiski uzdzina nelabu dūšu.
Grāmatai piemīt ziemeļnieku autoriem tipiskā smeldze, skarbums un tiešums, kas mani parasti uzrunā. Tomēr laikam jāsaka, ka īsti ar šiem stāstiem nesaslēdzos, iespējams, pie vainas tas, ka šobrīd domas tik daudz ceļo pie ukraiņu tautas un grāmatā pilnvērtīgi nespēju iegrimt. Taču vairāk sliecos domāt, ka šī tomēr neierindotos starp labākajām lasītajām grāmatām arī miera laikos lasot.
Lai nu kā – stāsts tomēr ir atmiņā paliekošs un pat tagad rakstot šīs rindas un atceroties vairākas epizodes, gribas noskurināties.
Grāmatā paralēli rit divi stāsti. Senāks - Innas un Ārona mīlestības stāsts, kas noris uz Innas un viņas kroplā tēva destruktīvo attiecību fona un Ārona nespējas sadzīvot ar savu pagātni, kā dēļ viņš kļuvis ar pasaules klaidoni, fona.
Otrs stāsts ir par apjukušu un apmaldījušos sievieti - grāmata sākas ar to, ka sieviete zaudējusi savu vīru un rokas pagātnē, lai rastu atbildes uz jautājumiem, kā dzīvot tālāk.
Otrs stāsts ir tēlaināks, taču diezgan vienmuļš, savukārt otrs, iespējams, mazāk poetisks, taču noteikti aizraujošāks un arī pretīgāks, ko tādu padarīja Innas un Kupraiņa – viņas tēva -attiecības. Šis man burtiski uzdzina nelabu dūšu.
Grāmatai piemīt ziemeļnieku autoriem tipiskā smeldze, skarbums un tiešums, kas mani parasti uzrunā. Tomēr laikam jāsaka, ka īsti ar šiem stāstiem nesaslēdzos, iespējams, pie vainas tas, ka šobrīd domas tik daudz ceļo pie ukraiņu tautas un grāmatā pilnvērtīgi nespēju iegrimt. Taču vairāk sliecos domāt, ka šī tomēr neierindotos starp labākajām lasītajām grāmatām arī miera laikos lasot.
Lai nu kā – stāsts tomēr ir atmiņā paliekošs un pat tagad rakstot šīs rindas un atceroties vairākas epizodes, gribas noskurināties.
January 4, 2019
Sådana råa känslor och vackra karga landskap hon får fram! Det ensliga, vulgära och melankoliska men samtidigt hoppet och kärleken. Helt klart en ny favorit! Så glad att jag hittat denna, vill läsa mer av Rynell!
September 13, 2022
Otroligt vackra naturbeskrivningar, men lite besviken på storyn
Read
October 22, 2009Intressanta ”motsatsbeskrivningar” då naturen beskrivs med mänskliga attribut eller i alla fall attribut som inte är direkt som natur. Det är samma sak med människor och andra objekt. Exempelvis vintern beskrivs som en kontinent (s 177). Jag tror att miljön ska spegla människornas inre liv med ensamhet, tomma fläckar, farliga ställen där man kan gå ner sig m.m.
Första person perspektivet gentemot tredje person perspektivet ska nog spegla det som väntar Inna efter att boken tog slut. Jag förstår idén med de tydliga tre karaktärerna av Inna, Aron och jag-kvinnan men tycker att författaren förlorar genom att blanda in andra synvinklar och blanda Inna/Aron vinklar i samma scener och samma kapitel. Till exempel är faderns perspektiv onödigt eftersom hans personlighet redan har beskrivits utifrån ett mer allvetande perspektiv och att hans ”träning” skulle ha kunnat insinuerats från Innas perspektiv.
Berättelsen struktur med olika kapitel för de olika karaktärerna funkade bra i början men föll platt när Rynell började blanda perspektiv lite vilt – dock tyckte jag om att både jag-perspektivet och Inna/Aron perspektivet beskrevs kronologiskt, även om det inte var under samma tid.
Jag tycker att denna bok var exakt som Händelser Vid Vatten av Kerstin Ekman med ångesten, flera perspektiv och den norrländska naturen. Slutet var oerhört klyschigt även om jag inte kan namnge specifika böcker eller berättelser.
Första person perspektivet gentemot tredje person perspektivet ska nog spegla det som väntar Inna efter att boken tog slut. Jag förstår idén med de tydliga tre karaktärerna av Inna, Aron och jag-kvinnan men tycker att författaren förlorar genom att blanda in andra synvinklar och blanda Inna/Aron vinklar i samma scener och samma kapitel. Till exempel är faderns perspektiv onödigt eftersom hans personlighet redan har beskrivits utifrån ett mer allvetande perspektiv och att hans ”träning” skulle ha kunnat insinuerats från Innas perspektiv.
Berättelsen struktur med olika kapitel för de olika karaktärerna funkade bra i början men föll platt när Rynell började blanda perspektiv lite vilt – dock tyckte jag om att både jag-perspektivet och Inna/Aron perspektivet beskrevs kronologiskt, även om det inte var under samma tid.
Jag tycker att denna bok var exakt som Händelser Vid Vatten av Kerstin Ekman med ångesten, flera perspektiv och den norrländska naturen. Slutet var oerhört klyschigt även om jag inte kan namnge specifika böcker eller berättelser.
July 25, 2026
GODA NYHETER!!
Weyler Förlag har tagit över rättigheterna och i augusti kommer det en nyutgåva av detta mästerverk!! Nej jag jobbar inte på förlaget men JA jag har varit irriterad på Bonnier i flera år för att de inte pushat för att ge ut denna på nytt då jag tror att den skulle kunna få ett liknande uppsving som andra internationella 90-talare som typ Memory Police och I Who Have Never Known Men.
Nya omslaget är absolut bättre (inte så svårt) och förväntar mig att alla bokklubbar läser denna i höst >:( Och att den får nya översättningar och vinner en internationell Booker >:(
P.S Annika Norlin har tydligen skrivit förordet (genidrag tack Weyler).
Weyler Förlag har tagit över rättigheterna och i augusti kommer det en nyutgåva av detta mästerverk!! Nej jag jobbar inte på förlaget men JA jag har varit irriterad på Bonnier i flera år för att de inte pushat för att ge ut denna på nytt då jag tror att den skulle kunna få ett liknande uppsving som andra internationella 90-talare som typ Memory Police och I Who Have Never Known Men.
Nya omslaget är absolut bättre (inte så svårt) och förväntar mig att alla bokklubbar läser denna i höst >:( Och att den får nya översättningar och vinner en internationell Booker >:(
P.S Annika Norlin har tydligen skrivit förordet (genidrag tack Weyler).
August 29, 2023
Damn. I had completely forgotten how sad this was.
December 28, 2023
Piękna, nostalgiczna, smutna
June 17, 2023
Känslorna är minst sagt blandade. Språket är stundvis poetiskt med många metaforer, liknelser och ibland väldigt fina formuleringar, men vissa meningsbyggnader är upprörande konstiga. Det är dock något kul med det. När jag läste boken, tänkte jag ibland på hur mycket min kära svenskalärare hade hatat om jag skrev som Elisabeth Rynell.
Den blir bättre och bättre. Aldrig jättebra, men progressivt alltmer okej. Förmodligen är det den mest norrländska boken på denna planet, och det tyckte jag var lite kul. En bra bok att läsa om man känner sig orolig inför svensksadelen av högskoleprovet!
Vet inte om jag annars skulle rekommendera den om jag ska va ärlig. Den får nån stans mellan 2,5 och 3, av 5.
Den blir bättre och bättre. Aldrig jättebra, men progressivt alltmer okej. Förmodligen är det den mest norrländska boken på denna planet, och det tyckte jag var lite kul. En bra bok att läsa om man känner sig orolig inför svensksadelen av högskoleprovet!
Vet inte om jag annars skulle rekommendera den om jag ska va ärlig. Den får nån stans mellan 2,5 och 3, av 5.
October 25, 2018
För den som tycker västerbotten, döden och 1920-talet låter ointressant, uppmuntras ni hjärtligt att läsa Elisabeth Rydells Hohaj. Mycket troligt kommer ni ändra uppfattning. Hon lyckas fånga in en totalt med ett fantastiskt språk, komplexa karaktärer, underbara miljöbeskrivningar och en spännande berättelse igenom hela boken. När jag väl börjat läsa denna bok, kunde jag inte lägga den ifrån mig, och då vill jag poängtera att jag förstår att den både ser och verkar helt ointressant.
December 15, 2021
Katastrofalt omslag och baksida--> jag hade inga höga förväntingar.
Men det visade sig att boken inte var riktigt lika bedrövlig som jag trodde, även fast jag aldrig hade orkat läsa ut den om jag inte hade varit tvungen, pga skrivarkursen. Det visade sig också att omslaget och baksidan var en väldigt bra spegelbild av innehållet. Så om du letar efter en grå historia som innehåller mossa, varsågod läs Hohaj!
Men det visade sig att boken inte var riktigt lika bedrövlig som jag trodde, även fast jag aldrig hade orkat läsa ut den om jag inte hade varit tvungen, pga skrivarkursen. Det visade sig också att omslaget och baksidan var en väldigt bra spegelbild av innehållet. Så om du letar efter en grå historia som innehåller mossa, varsågod läs Hohaj!
May 31, 2019
Just on the final pages of this book. Not a happy book. But so well written and captivating. The emotional depth of the characters is amazing. How two 'walking wounded' find each other and manage to love each other free from all their personal hurt.
April 24, 2020
Denna bok är så vacker, så smärtsam och så innerlig. Fylld av känslomässiga visualiseringar så att det om och om igen hisnar inom mig.
July 24, 2020
En av de vackraste böcker jag läst. Språket.
March 23, 2022
Helt okej för att vara en bok från skolan, lite oklart slut men den var enkel och läsa och historien var okej.
June 7, 2023
Fullständigt lysande!
August 16, 2025
Vacker, gripande, fängslande, eländig och vidunderlig i sina beskrivningar av kärlek och vemod. Full pott för mig!
try-a-chapter
July 11, 2026nur angelesen
Der Schreibstil sagt mir absolut nicht zu...
Der Schreibstil sagt mir absolut nicht zu...
July 29, 2026
«В стенах домов много чего случается. Всегда найдется кто-то, чтобы побить собаку, всегда найдется собака, чтобы ее побили».
Рандомно схватила эту книгу с подборки в библиотеке (не помню точно про что подборка была, но возможно про зиму), и прям вообще не пожалела
Тяжелая книга, как с детальными сценами телесности и сексуальности (приятными и консентными), так и со сценами изнасилований,
Две сюжетные линии – Инны в прошлом и безымянной (?) рассказчицы в настоящем. Честно говоря, к рассказчице не чувствовала ничего, ее главы особо интересными мне не показались, но они и были в три-четыре раза короче, чем главы Инны
Человеческая телесность изображенная как животная это моя большая пребольшая слабость:
«Звонок телефона вырвал меня из сна, и трубку подняла уже не я, а испуганное животное, вытравленное из своей норы, дрожащее всем телом».
«Волна стыда обожгла Арона, ему хотелось что-то сделать, но он не знал что и продолжал стоять как огромное неуклюжее животное посреди сеней».
«Я была сильной. Очень сильной. Сила исходила не от меня. Это была не я, а моя воля: животное, притаившееся под моей кожей. Животное с блестящим мехом, сильными лапами, большими острыми зубами. Воля. Хищное животное. Сильнее меня. Это я произвела его на свет. И оно требовало пропитания».
«Чего мне бояться? Но все равно мне было страшно: страх поселился у меня в душе и даже успел свить гнездо для своих птенцов».
«Я делала вид, что меня устраивает перспектива жить одной с детьми в этом доме, — не хотела дразнить волков, голодных волков отчаяния, учуявших мой запах по твоим словам об ином будущем для нас».
Мне очень понравилось, как авторка создает и описывает мир вокруг и особенно как его восприятие изменяется из-за эмоций. Очень образно, будто фильм смотришь. И каждый раз возникала мысль о том, что в книге Рюнель человек неразрывно часть мира. Он часть дорог, часть леса, часть дома, часть кровати. Не человек и мир, а человекомир.
«Мир для меня застыл. Никаких дорог, никаких нор. Но только на мгновение. А затем он начал трещать по швам и стремительно опрокидываться назад, назад в боль, сшибая все на своем пути и увлекая за собой».
«Она чувствовала себя все хуже и хуже. Казалось, кровать поедала ее. Бледно-желтая кожа лица натянулась на костях, как холст на раме».
«Весна была словно раскрывшаяся рана. Все вдруг вырвалось наружу: вода, крики птиц, слепящий свет, проникающий в тело, в глазницы, в мозг, словно желая взорвать мир изнутри».
«Человек — это замкнутая система. Снег моей жизни лежит слоями, как горная порода внутри горы, вытиснутая изнутри магмой и застывшая в своем раскаленном великолепии. Внутри все мы — горы. Мы ощущаем их сон, их память. Одни воспоминания способны растопить снег, вызвать разлив, наполнить грунтовые воды в разветвленной системе наших сосудов. Другие — образуют мозоли, твердую корку, каменеют».
Инна прописана так глубоко – как ребенок, как подросток, как женщина, как человек в глуши, как жертва насилия, как влюбленная, как потерявшая надежду. На каждом этапе она мне казалась очень живой, почти присутствующей здесь, рядом со мной.
«С тех пор Инна выросла и стала взрослой женщиной, но ей об этом никто не сказал».
И реакции Инны на своего отца тоже были очень и очень знакомыми для меня.
«Инна боролась со страхом, поднимавшимся от пяток к коленям, чреслам и позвоночнику. От страха у нее потемнело в глазах, и она уже не видела Кновеля, а только улавливала перед собой что-то большое и бесформенное. Оно заполнило собой все пространство в доме, и даже за его пределами — до самого Крокмюра простиралась его власть. И пока оно перед ней, она не сможет заглянуть в глаза ни одному живому человеку, даже себе самой.».
Не могу не написать про сам образ отца, но что именно написать я не знаю. Тема отца для меня всегда была больной. Я не страдала так, как страдает Инна, но и счастливыми мои отношения с отцом не назовешь. То, как думает Кновель, очень похоже на то, как я представляю мысли своего отца. Читать это было безумно интересно.
«Но Кновель был твердо убежден, что дочь о нем плохо думает, ненавидит его и желает ему зла, что она такая же, как все остальные. И он знал, что ничто не сможет заставить ее любить его. Но если нельзя заставить любить, то можно заставить подчиниться. Это Кновель знал».
«Это было самое страшное, что только можно представить, — страх перед Инной. Он боялся ее. Потому что в ней появилось что-то новое, незнакомое, то, что лишало его воли и решимости. Кновель наблюдал за ней, пытаясь понять это новое, узнать, где оно сидит, как ведет себя».
«О том, что он творил со своей дочерью все эти годы, Кновель не задумывался. Просто он это делал, ни о чем не думая, не забывая, но и не запоминая тоже».
Рандомно схватила эту книгу с подборки в библиотеке (не помню точно про что подборка была, но возможно про зиму), и прям вообще не пожалела
Тяжелая книга, как с детальными сценами телесности и сексуальности (приятными и консентными), так и со сценами изнасилований,
Две сюжетные линии – Инны в прошлом и безымянной (?) рассказчицы в настоящем. Честно говоря, к рассказчице не чувствовала ничего, ее главы особо интересными мне не показались, но они и были в три-четыре раза короче, чем главы Инны
Человеческая телесность изображенная как животная это моя большая пребольшая слабость:
«Звонок телефона вырвал меня из сна, и трубку подняла уже не я, а испуганное животное, вытравленное из своей норы, дрожащее всем телом».
«Волна стыда обожгла Арона, ему хотелось что-то сделать, но он не знал что и продолжал стоять как огромное неуклюжее животное посреди сеней».
«Я была сильной. Очень сильной. Сила исходила не от меня. Это была не я, а моя воля: животное, притаившееся под моей кожей. Животное с блестящим мехом, сильными лапами, большими острыми зубами. Воля. Хищное животное. Сильнее меня. Это я произвела его на свет. И оно требовало пропитания».
«Чего мне бояться? Но все равно мне было страшно: страх поселился у меня в душе и даже успел свить гнездо для своих птенцов».
«Я делала вид, что меня устраивает перспектива жить одной с детьми в этом доме, — не хотела дразнить волков, голодных волков отчаяния, учуявших мой запах по твоим словам об ином будущем для нас».
Мне очень понравилось, как авторка создает и описывает мир вокруг и особенно как его восприятие изменяется из-за эмоций. Очень образно, будто фильм смотришь. И каждый раз возникала мысль о том, что в книге Рюнель человек неразрывно часть мира. Он часть дорог, часть леса, часть дома, часть кровати. Не человек и мир, а человекомир.
«Мир для меня застыл. Никаких дорог, никаких нор. Но только на мгновение. А затем он начал трещать по швам и стремительно опрокидываться назад, назад в боль, сшибая все на своем пути и увлекая за собой».
«Она чувствовала себя все хуже и хуже. Казалось, кровать поедала ее. Бледно-желтая кожа лица натянулась на костях, как холст на раме».
«Весна была словно раскрывшаяся рана. Все вдруг вырвалось наружу: вода, крики птиц, слепящий свет, проникающий в тело, в глазницы, в мозг, словно желая взорвать мир изнутри».
«Человек — это замкнутая система. Снег моей жизни лежит слоями, как горная порода внутри горы, вытиснутая изнутри магмой и застывшая в своем раскаленном великолепии. Внутри все мы — горы. Мы ощущаем их сон, их память. Одни воспоминания способны растопить снег, вызвать разлив, наполнить грунтовые воды в разветвленной системе наших сосудов. Другие — образуют мозоли, твердую корку, каменеют».
Инна прописана так глубоко – как ребенок, как подросток, как женщина, как человек в глуши, как жертва насилия, как влюбленная, как потерявшая надежду. На каждом этапе она мне казалась очень живой, почти присутствующей здесь, рядом со мной.
«С тех пор Инна выросла и стала взрослой женщиной, но ей об этом никто не сказал».
И реакции Инны на своего отца тоже были очень и очень знакомыми для меня.
«Инна боролась со страхом, поднимавшимся от пяток к коленям, чреслам и позвоночнику. От страха у нее потемнело в глазах, и она уже не видела Кновеля, а только улавливала перед собой что-то большое и бесформенное. Оно заполнило собой все пространство в доме, и даже за его пределами — до самого Крокмюра простиралась его власть. И пока оно перед ней, она не сможет заглянуть в глаза ни одному живому человеку, даже себе самой.».
Не могу не написать про сам образ отца, но что именно написать я не знаю. Тема отца для меня всегда была больной. Я не страдала так, как страдает Инна, но и счастливыми мои отношения с отцом не назовешь. То, как думает Кновель, очень похоже на то, как я представляю мысли своего отца. Читать это было безумно интересно.
«Но Кновель был твердо убежден, что дочь о нем плохо думает, ненавидит его и желает ему зла, что она такая же, как все остальные. И он знал, что ничто не сможет заставить ее любить его. Но если нельзя заставить любить, то можно заставить подчиниться. Это Кновель знал».
«Это было самое страшное, что только можно представить, — страх перед Инной. Он боялся ее. Потому что в ней появилось что-то новое, незнакомое, то, что лишало его воли и решимости. Кновель наблюдал за ней, пытаясь понять это новое, узнать, где оно сидит, как ведет себя».
«О том, что он творил со своей дочерью все эти годы, Кновель не задумывался. Просто он это делал, ни о чем не думая, не забывая, но и не запоминая тоже».
October 23, 2016
Så oändligt vackert hon skriver & kommer åt känslor vi har men inte riktigt registrerar, ännu mindre uttrycker högt.
Vilka fina kärlekshistorier, vilken stark beskrivning av hur två ensamheter för en kort stund går ihop & tröstar varandra.
Vilka fina kärlekshistorier, vilken stark beskrivning av hur två ensamheter för en kort stund går ihop & tröstar varandra.
September 24, 2010
One of the saddest books I've read.
Displaying 1 - 21 of 21 reviews