Мир брутального мужского фэнтези, говорите? Тёмные глумятся и бесчинствуют, а светлые разбежались, а может вообще вымерли? Нет и ещё раз нет! Попаданка со стажем, Маша Брехунько, на такой вариант не согласна. Она обязательно наведёт порядок. Восстановит утраченное равновесие и не только его.
В том же, что касается идейного противника, который нагло узурпировал власть в этом фэнтези, то ему вообще крышка. Больше никаких поцелуев и влюблённых взглядов, а как он будет возвращаться домой — его личная проблема. Уж кто, а Маша помогать в этом вопросе не станет, у неё есть дела поважней.
Жаль только сам Алекс с такими планами не согласен, и кому-то придётся сильно постараться, чтобы оставить Тёмного Властелина с носом. Впрочем, в романтических сказках Добро всегда побеждает. Главное… да, всё-таки верить. А ещё не падать духом и идти вперёд!
Анна Сергеевна Гаврилова (в девичестве Бойко) — молодая российская писательница, работающая в жанре фэнтези.
Родилась в городе Гавана (Куба) в семье военнослужащих. Как и большинство детей военных, сменила несколько школ, остановилась на муниципальной гимназии №6 города Щёлково Московской области. В 2005 году окончила факультет бизнеса и управления Московского Государственного Открытого Университета, несколько лет работала по профессии.
Первый осознанный литературный опыт случился в 2008 году – рассказ «Настюхин понедельник», написанный для конкурса «Священный остров Руян», проведённого в рамках КЛФ при Центральном Доме Литераторов. Рассказ занял второе место, но эта победа стимулом продолжать литературную деятельность не стала.
Однако в том же году была написана книга «Языческие корни русской свадьбы», после которой автору пришлось расстаться с девичьей фамилией и написать вторую книгу, посвящённую славянскому наследию.
Возврат к художественной литературе случился в 2011 году. Итогом стала дилогия в жанре славянского фэнтези, написанная в соавторстве с Дмитрием Гавриловым. По завершении второй книги, в поисках отдохновения, Анна обратилась к жанру романтического фэнтези. Первые шаги в этом жанре напоминали партизанскую вылазку – увлечение романтическим фэнтези, а уж тем более работу в этом жанре, не одобрял никто. Так появился псевдоним Цветочная Фея. Влюблённость в жанр пересилила все «за» и «против».