What do you think?
خرمن
خرمن نمونه جمعآوری شده از قصه و داستانهای روسی عصر قرن بیستم می باشد. نویسنده این اثر گالینا نیکولایوا یکی از طبیبان، نگارنده‌ها و شاعران مشهور دوره خویش بوده است. او با داستان خرمن به معروفیت چشم گیری رسید. این کتاب برنده جایزه استالین سال 1950 است. از روی اثر خرمن فیلم‌های سینمایی زیبایی چون بازگشت واسیلی بورتنیکوف، مدیر مرکز فنی تراکتور و مدیر کل کشاورزی درست شده است
600 pages, Paperback
First published January 1, 1952
About the author
Galina Nikolayeva
9 books2 followersGalina Evgenievna Nikolaeva (Russian: Гали́на Евге́ньевна Никола́ева) was a Soviet writer novelist, playwright, poetess, journalist. She was a pharmacologist by profession. She was awarded the Stalin Prize in 1951 for her novel Harvest.
Galina Volyanskaya was born into the family of the lawyer Evgeny Ivanovich Volyanskiy; mother, Miletina Venediktovna, was a teacher. For some time she lived with her mother in Pskov. In 1915, they were evacuated to Tomsk to stay with relatives, where she attended a kindergarten at Tikhonravova's gymnasium. In 1918-23. lived with her parents in Gorny Altai, Biysk, Barnaul. After she studied at the city school number 3 in Novosibirsk, there in 1927 her parents divorced.
In 1929, Galina entered the Omsk Medical Institute and married Alexander Portnov, whom she divorced a few years later. Soon she transferred to the Gorky Medical Institute, after which in 1935 she was left in graduate school and worked as an assistant in the Department of Pharmacology. In 1937, her father and ex-husband were arrested, and she was forced to leave her studies. In February 1939, the newspaper "Gorkovskaya Kommuna" published her first poems "About the girl and the Red Army soldier" under the pseudonym - G. Nikolaeva. In 1939-42. taught at the Gorky Medical College.
During the Great Patriotic War, G. Volyanskaya was granted the status of a "volunteer physician in the Red Army". From the summer of 1942 she worked as a military doctor on the medical transport ship No. 56 "Composer Borodin" of the Stalingrad evacuation station No. 73 of the evacuation hospital No. 56 (renamed in 1942 into the "medical transport ship STS-56"), assigned to the city of Gorky. The steamer was killed during an air raid under bombs in Stalingrad. Paramedic G. Volyanskaya at the time of the bombing accidentally survived. During the evacuation of the wounded from Stalingrad, she was shell-shocked. Then the newspaper "Gorkovskaya Kommuna" wrote about her heroism, 1942, October 16. In 1943-1945. worked in hospitals in the North Caucasus in Nalchik (evacuation hospital No. 2442).
The front-line impressions of the writer formed the basis of the story "The Death of the Army Commander", on which she began to work in early August 1945. At the same time, Galina Nikolaeva's first book, Poems, was published in Nalchik (Kabgosizdat, 87 pp.). From 1945 to 1963 she lived and worked in Moscow. The first publications in the central periodicals took place in the Znamya magazine (verses - № 2, 4; story "The death of the commander", № 10), in which she was assisted by NS. Tikhonov and Vs. Vishnevsky. In 1946 she became a member of the Union of Writers of the USSR, in the magazine "Murzilka" the "Tale of the Magpie" and "About the Thief-Sparrow and the Mouse-Thief" were published; a collection of poems "Through the Fire" was published.
Galina Volyanskaya was born into the family of the lawyer Evgeny Ivanovich Volyanskiy; mother, Miletina Venediktovna, was a teacher. For some time she lived with her mother in Pskov. In 1915, they were evacuated to Tomsk to stay with relatives, where she attended a kindergarten at Tikhonravova's gymnasium. In 1918-23. lived with her parents in Gorny Altai, Biysk, Barnaul. After she studied at the city school number 3 in Novosibirsk, there in 1927 her parents divorced.
In 1929, Galina entered the Omsk Medical Institute and married Alexander Portnov, whom she divorced a few years later. Soon she transferred to the Gorky Medical Institute, after which in 1935 she was left in graduate school and worked as an assistant in the Department of Pharmacology. In 1937, her father and ex-husband were arrested, and she was forced to leave her studies. In February 1939, the newspaper "Gorkovskaya Kommuna" published her first poems "About the girl and the Red Army soldier" under the pseudonym - G. Nikolaeva. In 1939-42. taught at the Gorky Medical College.
During the Great Patriotic War, G. Volyanskaya was granted the status of a "volunteer physician in the Red Army". From the summer of 1942 she worked as a military doctor on the medical transport ship No. 56 "Composer Borodin" of the Stalingrad evacuation station No. 73 of the evacuation hospital No. 56 (renamed in 1942 into the "medical transport ship STS-56"), assigned to the city of Gorky. The steamer was killed during an air raid under bombs in Stalingrad. Paramedic G. Volyanskaya at the time of the bombing accidentally survived. During the evacuation of the wounded from Stalingrad, she was shell-shocked. Then the newspaper "Gorkovskaya Kommuna" wrote about her heroism, 1942, October 16. In 1943-1945. worked in hospitals in the North Caucasus in Nalchik (evacuation hospital No. 2442).
The front-line impressions of the writer formed the basis of the story "The Death of the Army Commander", on which she began to work in early August 1945. At the same time, Galina Nikolaeva's first book, Poems, was published in Nalchik (Kabgosizdat, 87 pp.). From 1945 to 1963 she lived and worked in Moscow. The first publications in the central periodicals took place in the Znamya magazine (verses - № 2, 4; story "The death of the commander", № 10), in which she was assisted by NS. Tikhonov and Vs. Vishnevsky. In 1946 she became a member of the Union of Writers of the USSR, in the magazine "Murzilka" the "Tale of the Magpie" and "About the Thief-Sparrow and the Mouse-Thief" were published; a collection of poems "Through the Fire" was published.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 2 of 2 reviews
June 5, 2018
Образчик соцреализма
Безумно люблю книги о деревенской жизни. Но эта, помимо этого, ещё и производственный роман, и руководство по менеджменту. Ну а почему нет? Рассказывает она о колхозе, о людях, работе в коллективе. Особенно мне нравится описание процесса работы председателя, как и других руководящих должностей, встречающихся в романе.
На самом деле, таких книг-то немало, посвященных и деревне, и пятилеткам, и коллективизации, и колхозам.
Попробую разобраться чем выделяется "Жатва".
Уже с самого начала нестандартный поворот - Василий возвращается в родной дом после войны, а жена... с другим. И не просто с другим живёт, а полюбила по-настоящему. Закручивается треугольник. Довольно смело для данного жанра. И не банально.
Почему я назвал роман производственным? Из тех, что я пока читал, он наиболее подробно раскрывает внутреннюю колхозную жизнь, ближе всего вторгается в особенности коллективного труда, выращивания полевых культур и взаимоотношений между крестьянами. Меня подкупает это внимание к деталям. С другой стороны, иногда немного наскучивает.
Местами просачивается не то что фальшь, а неприкрытый агитационный, или пропагандистский (кому как угодно) мотив. Когда Сталин якобы из портрета мудрым прищуренным взглядом смотрит на Авдотью, обращаясь к ней и давая стимул к дальнейшим свершениям. Или в конце книги, когда уже совсем всё откровенно благостно и герои разве что не начинают петь и танцевать. Так что местами за чрезмерную восторженность стиля становится немного неудобно.
С другой стороны, ты же понимаешь, что это такая социалистическая песнь коллективному хозяйству на селе. Поэтому и набора штампов, свойственных такой литературе, избежать не удалось. Непростая подготовка к севу, восхищение перед тракторами, комбайнами и электрификацией, потом засуха, приходящее отчаяние, долгожданная благосклонность природы и итоговая победа труженика поля. Сюда же непростые взаимоотношения между некоторыми из сельчан, перерождение иных из несознательных элементов в самоотверженные передовики.
Здесь встречаются и прописные истины отношений между мужчиной и женщиной, доступные зачастую в первую очередь только тем, кто сам в жизни прошёл через подобное. Я, конечно, имею в виду Авдотью, Василия и Степана.
В одном из эпизодов Валентина и Андрей размышляют - как же так, вот они уже сколько лет вместе, а чувства всё те же. Секрет таких отношений вижу в том, что супруги очень мало проводят времени друг с другом, всё отдавая работе. Да и то успевая повздорить. Неоднозначная пара.
В общем, "Жатва" воспевает человека труда, ставя самоотверженность, инициативу и труд во главу угла. Этими идеалами горят все главные герои - от Андрея до Алёши. И, чёрт возьми, это хорошо и очень заразительно написано.
Безумно люблю книги о деревенской жизни. Но эта, помимо этого, ещё и производственный роман, и руководство по менеджменту. Ну а почему нет? Рассказывает она о колхозе, о людях, работе в коллективе. Особенно мне нравится описание процесса работы председателя, как и других руководящих должностей, встречающихся в романе.
На самом деле, таких книг-то немало, посвященных и деревне, и пятилеткам, и коллективизации, и колхозам.
Попробую разобраться чем выделяется "Жатва".
Уже с самого начала нестандартный поворот - Василий возвращается в родной дом после войны, а жена... с другим. И не просто с другим живёт, а полюбила по-настоящему. Закручивается треугольник. Довольно смело для данного жанра. И не банально.
Почему я назвал роман производственным? Из тех, что я пока читал, он наиболее подробно раскрывает внутреннюю колхозную жизнь, ближе всего вторгается в особенности коллективного труда, выращивания полевых культур и взаимоотношений между крестьянами. Меня подкупает это внимание к деталям. С другой стороны, иногда немного наскучивает.
Местами просачивается не то что фальшь, а неприкрытый агитационный, или пропагандистский (кому как угодно) мотив. Когда Сталин якобы из портрета мудрым прищуренным взглядом смотрит на Авдотью, обращаясь к ней и давая стимул к дальнейшим свершениям. Или в конце книги, когда уже совсем всё откровенно благостно и герои разве что не начинают петь и танцевать. Так что местами за чрезмерную восторженность стиля становится немного неудобно.
С другой стороны, ты же понимаешь, что это такая социалистическая песнь коллективному хозяйству на селе. Поэтому и набора штампов, свойственных такой литературе, избежать не удалось. Непростая подготовка к севу, восхищение перед тракторами, комбайнами и электрификацией, потом засуха, приходящее отчаяние, долгожданная благосклонность природы и итоговая победа труженика поля. Сюда же непростые взаимоотношения между некоторыми из сельчан, перерождение иных из несознательных элементов в самоотверженные передовики.
Здесь встречаются и прописные истины отношений между мужчиной и женщиной, доступные зачастую в первую очередь только тем, кто сам в жизни прошёл через подобное. Я, конечно, имею в виду Авдотью, Василия и Степана.
В одном из эпизодов Валентина и Андрей размышляют - как же так, вот они уже сколько лет вместе, а чувства всё те же. Секрет таких отношений вижу в том, что супруги очень мало проводят времени друг с другом, всё отдавая работе. Да и то успевая повздорить. Неоднозначная пара.
В общем, "Жатва" воспевает человека труда, ставя самоотверженность, инициативу и труд во главу угла. Этими идеалами горят все главные герои - от Андрея до Алёши. И, чёрт возьми, это хорошо и очень заразительно написано.
November 12, 2025
Люди должны сами создавать для себя неприятности: девиз повествования от Галины Николаевой. Читатель это понимает с самых первых строк, когда видит упёртого человека, получившего ранение в голову, решив теперь лежать в больнице, никого о том не предупредив. Его родные и похоронили, не получая вестей в течение двух лет. И вот теперь этот человек стремился домой, не подумав отправить письмо о возвращении. Даже в дом он входил, встречая удивлённые взгляды родственников, особенно жены и… другого человека, посчитавшего за необходимое взять семейный быт в свои руки, помогая растить детей. Это лишь первое обстоятельство, которое читатель видит на страницах. И не будь его, кто бы стал читать произведение, по плотности сельскохозяйственной мудрости сравнимое разве только с «Георгиками» Вергилия.
Слог у Галины Николаевой поставлен на отлично. Да и содержание — образец классической русской литературы. Герои действия сами создают себе проблемы, всячески пытаясь с ними справиться. То есть читатель понимает, насколько незаладится жизнь человека, приехавшего домой без предупреждения. Останется дождаться окончания повествования, чтобы понять необходимость нахождения путей для построения не собственного счастья, скорее общечеловеческой радости, поскольку бороться придётся в большей части за становление колхоза. А почему бороться? По очевидной причине — лучшие кадры ушли на войну, толковых управленцев не осталось, вследствие чего всё было развалено. Читатель волен подумать: как такое вообще могло произойти? А как же все те произведения об управлении колхозами, написанные непосредственно в пору самой войны, или об их функционировании в те годы? Взять хотя бы «Честь» Гумера Баширова. Но в том и заключается особенность литературы «хорошего и лучшего» — плохого происходить не может. Однако, читатель негодует: тогда кто разваливал колхозы?
(c) Trounin
Слог у Галины Николаевой поставлен на отлично. Да и содержание — образец классической русской литературы. Герои действия сами создают себе проблемы, всячески пытаясь с ними справиться. То есть читатель понимает, насколько незаладится жизнь человека, приехавшего домой без предупреждения. Останется дождаться окончания повествования, чтобы понять необходимость нахождения путей для построения не собственного счастья, скорее общечеловеческой радости, поскольку бороться придётся в большей части за становление колхоза. А почему бороться? По очевидной причине — лучшие кадры ушли на войну, толковых управленцев не осталось, вследствие чего всё было развалено. Читатель волен подумать: как такое вообще могло произойти? А как же все те произведения об управлении колхозами, написанные непосредственно в пору самой войны, или об их функционировании в те годы? Взять хотя бы «Честь» Гумера Баширова. Но в том и заключается особенность литературы «хорошего и лучшего» — плохого происходить не может. Однако, читатель негодует: тогда кто разваливал колхозы?
(c) Trounin
Displaying 1 - 2 of 2 reviews