What do you think?
Rate this book


Unknown Binding
"Таких писем очень много. Да, люди ищут, потому что хотят жить, но они… не верят. Не верят себе, не верят другим. А начинать надо с себя. Вот об этом я больше всего хотел рассказать.Эту книгу-то он писал не для себя, да и зачем ему, это ведь его дневники, они у него и так есть. Есть на эстонском, есть на русском. Он их переписал, хорошенько обдумал, они его и подняли. Он все это уже писал для таких как он, кто не дружил с тетрадкой, кто не записывал свою жизнь, не поворачивался и не смотрел на нее, кому нужно было слово, что бы посмотреть и подумать. И вторая книга - это ведь тоже для них, не панацея, а просто рассказ, что есть дороги, которые выведут вас к другой жизни, не к той, какой вы жить не хотите. И от этого, может быть сейчас, и глупо, но очень тепло на душе, потому что так уж это красиво, когда человеку важен человек. И он что-то делает не за страх, а за совесть, чтобы протянуть руку и помочь выбраться тому, кто выбраться хочет. Не дай ему рыбу, а научи удить - как то так получается)
Здесь воспользуюсь случаем, чтобы ответить всем тем, кто в своих письмах интересуется, что стало дальше с Серым Волком. Вышел я из неволи неподготовленным к свободе, было невероятно трудно утвердить себя в большой жизни, завоевать доверие и равноправие, но об этом я подробно расскажу в продолжении «Записок Серого Волка». Сейчас я работаю именно над этой книгой."
Прошло немного времени, была попойка, и я, совершенна не любящий спиртного, ухитрился, однако, напиться. И здесь мой друг состряпал дельце: он потащил меня на известную в порту улицу Счастья, в заведение, куда был вхож сам, где и меня приняли.Ведь очень понятно что произошло и что там такое "чудовищное", и то как разнятся чувства к разным женщинам тоже видно. И акцент как раз на трепетности отношения к Марви, а не к тому, какое дельце состряпал дружок. И так по всему тексту. Даже с убийствами и смертями, так же деликатно все написано, понятно, что произошло, как, но акцент на другом. Поэтому и книга не кажется отвратительной, потому что автору совсем не хотелось смаковать грязь, ему про ум поговорить всегда хотелось.
Я стал частым гостем в этом доме. Ко мне все относятся с исключительной заботой, особенно Магда, самая из них старшая, ее все зовут «Ди муттер дес Буби» (мать Буби – меня в этом доме тоже зовут Буби)… С Марви больше не встречаюсь, мне стало с нею как-то неловко, а то, что было с Магдой, кажется чудовищно невозможным с нею.