What do you think?
Rate this book
За чертополохом
Фантастический роман-утопия, повествующий о том, как группа русских — потомков эмигрантов 20-х гг. — вместе с другом профессором Клейстом отправилась на поиски новой России.
350 pages, Hardcover
First published January 1, 1922
14 people want to read
About the author
Петр Николаевич Краснов
32 books2 followersВ первые же недели Великой войны отличился и был награждён Георгиевским оружием. В ноябре 1914 года был произведён в генерал-майоры. С мая 1915 года — командир 3-й бригады Кавказской туземной конной дивизии. Командуя горцами, получил за боевые отличия орден св. Георгия четвёртой степени. В конце мая 1916 года дивизия Краснова одна из первых начала Луцкий прорыв армий Юго-Западного фронта (Брусиловский прорыв). В бою у Вульки-Галузинской 26 мая 1916 тяжело ранен пулей в ногу, но уже в августе-сентябре 1917 командир 3-го конного корпуса.
Автор воспоминаний: «На внутреннем фронте», «Всевеликое войско Донское» (Архив Русской Революции. Т. V. С. 191—321); «Русско-японская война» (описание сражения при Тюренчене) многочисленных статей, опубликованных главным образом в журналах «Часовой» и «Русский инвалид», а также многочисленных романов.
Роман-эпопея «От двуглавого орла к красному знамени» повествует об истории русского общества, и прежде всего Русской Императорской армии, на протяжении более четверти века — с 1894 по 1922 годы. В эти годы Россию потрясли три войны и три революции. Эти драматические события нашли отражение в судьбе главного героя романа — Александра Саблина, с которым читатель проходит путь от корнета до генерала, от событий беспечной юности до гибели в застенках ЧК.
Роман имел успех, выдержал три издания (2-е издание 1922 года было существенно исправлено автором) и был переведён на 12 языков.
В 1921—1943 годах Краснов опубликовал 41 книгу: однотомные и многотомные романы, четыре сборника рассказов и два тома воспоминаний.
Структура произведений Краснова проста, они развлекательно и размашисто написаны, обращены к массовому читателю.
— Вольфганг Казак
В 1926 году номинирован на Нобелевскую премию по литературе.
Автор воспоминаний: «На внутреннем фронте», «Всевеликое войско Донское» (Архив Русской Революции. Т. V. С. 191—321); «Русско-японская война» (описание сражения при Тюренчене) многочисленных статей, опубликованных главным образом в журналах «Часовой» и «Русский инвалид», а также многочисленных романов.
Роман-эпопея «От двуглавого орла к красному знамени» повествует об истории русского общества, и прежде всего Русской Императорской армии, на протяжении более четверти века — с 1894 по 1922 годы. В эти годы Россию потрясли три войны и три революции. Эти драматические события нашли отражение в судьбе главного героя романа — Александра Саблина, с которым читатель проходит путь от корнета до генерала, от событий беспечной юности до гибели в застенках ЧК.
Роман имел успех, выдержал три издания (2-е издание 1922 года было существенно исправлено автором) и был переведён на 12 языков.
В 1921—1943 годах Краснов опубликовал 41 книгу: однотомные и многотомные романы, четыре сборника рассказов и два тома воспоминаний.
Структура произведений Краснова проста, они развлекательно и размашисто написаны, обращены к массовому читателю.
— Вольфганг Казак
В 1926 году номинирован на Нобелевскую премию по литературе.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 3 of 3 reviews
January 5, 2016
Удивительный артефакт антисоветской литературы пера талантливого и писучего казачьего генерала (кстати, как ему удалось столько написать-то? начинаешь подозревать неладное). Начинается как злая антиутопия-памфлет, вышибающая все основы из-под ног: демократический тоталитарный режим, в Европе победили социалисты и даже коммунисты, поэтому, в общем, неудивительно, что режим этот списан с раннего совка, каким его представляли в пролеткультовских брошюрах. Сбивает с толку слово «демократия», в которой Краснов в 1921 году, натурально, ничего не понимал. Начало вполне ядовито, потому что наш автор — все сразу, в т.ч. антисемит, хотя работает преимущественно с мифами и стереотипами, что придает и этой части, и следующей оттенок пародийности.
Потом, уже «за чертополохом», начинается натуральная лубочная утопия. В ее традиционном русском изводе теократического самодержавия. Зубы сводит, настолько она у него сусальная, леденцовая и паточная. Оголтелые скрепы — если б у нас были данные, что нынешний кремлевский режим умеет читать, легко было бы думать, что все свои программы «духовного развития» и патриотизма они списали у коллаборациониста Краснова. Хотя тот, сука, был хотя бы талантлив, писал вполне бойко и красочно (дроча на детали, еду и одежду), знал много разных интересных слов (кокошники на высокой груди у него никто не поправляет) и явно был честно убежден в превосходстве самодержавия и православия (в его пуританском, я бы сказал, изводе — с подвижничеством, служением и нестяжательством), в отличие от этой нынешней сволочи. От него — прямая дорожка к Сорокину, но эту гипотезу я еще буду проверять.
Третья часть — куртуазный мещанский роман с нотками унылой достоевщины (муки Раскольникова и прочая лабуда), это уже не так интересно, хотя местами и трогательно. Ну и как «фантастик» он вполне зажигал для своего времени и образования (в диапазоне от крылатых паровозов до элемента водия и видеотелефонов).
В общем, я получил свою долю умеренного удовольствия от романа — и Краснов вполне мог бы стать и более легитимной фигурой в русской популярно-массовой литературе, если б не трагическая судьба коллаборациониста (и предательство англичан, конечно). А то в учебниках у нас, я полагаю, до сих пор фигурируют авторы значительно бездарнее, про нынешних не говоря.
Потом, уже «за чертополохом», начинается натуральная лубочная утопия. В ее традиционном русском изводе теократического самодержавия. Зубы сводит, настолько она у него сусальная, леденцовая и паточная. Оголтелые скрепы — если б у нас были данные, что нынешний кремлевский режим умеет читать, легко было бы думать, что все свои программы «духовного развития» и патриотизма они списали у коллаборациониста Краснова. Хотя тот, сука, был хотя бы талантлив, писал вполне бойко и красочно (дроча на детали, еду и одежду), знал много разных интересных слов (кокошники на высокой груди у него никто не поправляет) и явно был честно убежден в превосходстве самодержавия и православия (в его пуританском, я бы сказал, изводе — с подвижничеством, служением и нестяжательством), в отличие от этой нынешней сволочи. От него — прямая дорожка к Сорокину, но эту гипотезу я еще буду проверять.
Третья часть — куртуазный мещанский роман с нотками унылой достоевщины (муки Раскольникова и прочая лабуда), это уже не так интересно, хотя местами и трогательно. Ну и как «фантастик» он вполне зажигал для своего времени и образования (в диапазоне от крылатых паровозов до элемента водия и видеотелефонов).
В общем, я получил свою долю умеренного удовольствия от романа — и Краснов вполне мог бы стать и более легитимной фигурой в русской популярно-массовой литературе, если б не трагическая судьба коллаборациониста (и предательство англичан, конечно). А то в учебниках у нас, я полагаю, до сих пор фигурируют авторы значительно бездарнее, про нынешних не говоря.
May 17, 2022
«Наши герои?! Кинематографические артисты, голые танцовщицы, велосипедисты-гонщики, автомобилисты-рекордисты, победители футбольных и лаун-теннисных состязаний. Наши государственные люди помешаны на бридже и на хоккее, наша молодежь — на танцах и кинематографе… Мы живем нездоровой жизнью городов, и города у нас полонили деревню. Мы вымираем. Мы создали какой-то больной демократический снобизм, и этот снобизм захватил весь народ»
January 13, 2018
Недавно узнал, что П.Н. Краснов - тот самый, который коллаборационист, благополучно повешенный в 1947 году, - еще и автор трех десятков романов. Один из них - утопия "За чертополохом" (1922 год). Сюжет примерно такой: Большевики двинули изголодавшиеся ширнармассы на штурм капиталистической Европы. Но забыли эти массы в дороге покормить и те восстали. В результате большевикам пришлось устроить массовую бойню с 80 млн. трупов на границах старушки Европы, на костях которых и выросли заросли чертополоха. Что там за зарослями - в Европе неизвестно.
(Да, судя по сюжетной затравке, в 1922 году будущий начальник Казачьих войск министерства Восточных трерриторий Третьего Рейха уже был милейшим человеком.)
И вот экспедиция из русских эмигрантов и американской журналистки отправляется через заросли посмотреть, что же там сталось с Россией.
И тут автор, не жалея сусальных красок, начинает описывать "Россию, которую мы снова нашли". Где царствует государь-император и происходят прочие чудеснейшие вещи. Однако уже через пару десятков страниц понимаешь, что в своей антикоммунистической утопии в прошлом белый (а в будущем - коричневый) генерал описывает... СССР 1970-х:
- земля, фабрики, заводы и т.п. приналежат Государю, хотя распоряжаются ими вполне себе автономные крепкие хозяйственники;
- у чиновников дома и на дачах мебель с оттисками, свидетельствующими о принадлежности ее к соответствующему ведомству (написано в 1922 году, просто какое-то фантастическое прозрение в быт будущих партийных бонз!);
- каждый волен выбирать себе место работы (в разумных пределах), но будучи раз принятым на работу, подадает в десятку, где десятник - отец родной, контролирует не только работу, но моральный облик "строителя царизма";
- семья - понятно, "важнейшая ячейка общества" (буквальная цитата);
- репрессий уже давно нет, но от политики все дистанцируются, а если бы неожиданно вышел какой-то большевистский агитатор на площадь агитировать, то все бы отнеслись к нему то ли как к скомороху, то ли как к эксгибиционисту;
- поддержка искусств и народных промыслов, со свободой, но "в рамках";
- и т.д., и т.п.
==
Может быть, мы все-таки неправильно понимаем нашу историю? Может быть, настоящая антикоммунистическая контрреволюция с реставрацией у нас произошла не в 1990-х, а в 1970-ые? А насчет перестройки и демократизации Михаил Сергеевич нас вовсе не обманывал, это у них с Борисом Николаевичем, действительно, было "продолжением славных дел Октября"?
(Да, судя по сюжетной затравке, в 1922 году будущий начальник Казачьих войск министерства Восточных трерриторий Третьего Рейха уже был милейшим человеком.)
И вот экспедиция из русских эмигрантов и американской журналистки отправляется через заросли посмотреть, что же там сталось с Россией.
И тут автор, не жалея сусальных красок, начинает описывать "Россию, которую мы снова нашли". Где царствует государь-император и происходят прочие чудеснейшие вещи. Однако уже через пару десятков страниц понимаешь, что в своей антикоммунистической утопии в прошлом белый (а в будущем - коричневый) генерал описывает... СССР 1970-х:
- земля, фабрики, заводы и т.п. приналежат Государю, хотя распоряжаются ими вполне себе автономные крепкие хозяйственники;
- у чиновников дома и на дачах мебель с оттисками, свидетельствующими о принадлежности ее к соответствующему ведомству (написано в 1922 году, просто какое-то фантастическое прозрение в быт будущих партийных бонз!);
- каждый волен выбирать себе место работы (в разумных пределах), но будучи раз принятым на работу, подадает в десятку, где десятник - отец родной, контролирует не только работу, но моральный облик "строителя царизма";
- семья - понятно, "важнейшая ячейка общества" (буквальная цитата);
- репрессий уже давно нет, но от политики все дистанцируются, а если бы неожиданно вышел какой-то большевистский агитатор на площадь агитировать, то все бы отнеслись к нему то ли как к скомороху, то ли как к эксгибиционисту;
- поддержка искусств и народных промыслов, со свободой, но "в рамках";
- и т.д., и т.п.
==
Может быть, мы все-таки неправильно понимаем нашу историю? Может быть, настоящая антикоммунистическая контрреволюция с реставрацией у нас произошла не в 1990-х, а в 1970-ые? А насчет перестройки и демократизации Михаил Сергеевич нас вовсе не обманывал, это у них с Борисом Николаевичем, действительно, было "продолжением славных дел Октября"?
Displaying 1 - 3 of 3 reviews