Два дня из жизни константинополя

by Alexander P. Kazhdan

Эта книга, написанная в конце 70-х гг. XX века, нисколько не потеряла своей актуальности и интереса. Она публикуется сейчас впервые, поскольку ее автор эмигрировал в 1978 г. в США, и все сданные им в печать рукописи, естественно, тут же были отвергнуты издательствами. Книга носит популярный характер, рассчитана на самые широкие круги любителей истории и тем не менее основана на многочисленных и глубоких исследованиях автора. В ней присутствует занимательный исторический сюжет, основанный на сообщениях византийского историка XII века Никиты Хониата, но сюжет этот отнюдь не главное, а скорее средство и рамка для рассуждений и любопытных наблюдений над бытом и нравами византийцев.
Книга - широкая панорама жизни Византии, увиденная глазами А.П.Каждана.
Издание подготовлено при участии А.А.Чекаловой. Подбор иллюстраций В.Н.Залесской (Государственный Эрмитаж).

Для специалистов по истории Византии, а также для всех, интересующихся византийским средневековьем.

320 pages, Hardcover

First published January 1, 2002

Reviews

[Turkish · Rating 4 out of 5]

Что вы знаете о Византии? Когда спрашивал у знакомых, то получал, как правило, ответ - ничего. Странная старая страна стертая сарацинами. Эта книга как раз про Византию. Не про историю Византии, ее культуру, философию, а про Ромейскую империю в общем. На примере двух дней из истории империи, Каждан постарался раскрыть дух византийского общества. Узурпация власти Исааком Ангелом лишь внешняя канва, на фоне которой автор рисует жизнь империи. Безусловно, это невероятно огромные обобщения, да и связи с историей Андроника и Исаака описываемые реалии жизни порой почти не имеют, но зато в маленькой книжке Каждан хотя бы попытался рассказать человеку о том, что такое эта загадочная Византия. Читать классиков вроде Острогорского или Успенского мало у кого из неисториков возникнет желание, а тут небольшая реклама Византии, если угодно, дальше - при желании.

[Maxim K. · Rating 5 out of 5]

Хорошая книга, особенно интересная ближе к концу, когда заходит речь о разнице мировосприятия заподноевропейца и византийца, об искусстве и литературе, о Никите Хониате.