Имя: Ивашов Никита Иванович. Должность: начальник первого милицейского управления г. Лукошкина, или, по-местному, сыскной воевода. Родился и вырос в Москве, сюда, в полусказочное царство-государство, попал случайно, вернуться не сумел, за год привык и уже никуда не дергаюсь. Работаю по специальности, успешно сформировал хорошо слаженный коллектив и даже распутал несколько звучных дел. Живем всей командой в тереме Бабы Яги, старушка та еще... В плане хозяйства и экспертно-криминалистической деятельности равных себе не имеет, ну а характер, как у всех пенсионерок, с загибами и перепадами. Еще Митька, пальцами подковы гнет, лбом гвозди заколачивает, применять голову для шевеления мозгами я ему обычно запрещаю. Фантазия у парня слишком буйная, такую без смирительной рубашки на люди выпускать не рекомендуется. А в остальном классический милицейский работник младшего звена. Еще при отделении есть стрелецкая сотня Фомы Еремеева, куда входит мобильная конная группа быстрого реагирования. Я хотел еще специальный отряд, типа "Альфы", утвердить, но не успел - столицу захлестнули структурные преобразования, начавшиеся после женитьбы царя Гороха...
Андрей Олегович Белянин (English: Andrei Belyanin) — русский прозаик, поэт и сценарист, работающий в жанре фэнтези. Образование получил в Астраханском художественном училище, рано начал писать стихи и вскоре перешёл к прозе. Служил в пограничных войсках, что оказало влияние на его мировоззрение. В девяностые годы стал членом Союза писателей России и начал активно публиковаться. Сотрудничество с издательствами принесло ему широкую известность благодаря популярным юмористическим и приключенческим романам. Помимо литературной деятельности, работал преподавателем, редактором и руководителем литературной студии. Его творчество отмечено премиями и наградами, включая «Аэлиту» и признание на фестивалях фантастики. Белянин считается одним из заметных авторов современной русской фантастики, продолжает активно писать книги и участвовать в культурной жизни.
This book is somehow even funnier than the previous one. . ----------- Ironically, even as I also am reading a fake psychologgy book by Lareaunt Gunelle (for a reading group) I was particularly amused by Mitenka's experiments with psychology. "Митяй торжественно выудил из-за пазухи три-четыре мятых листочка и гордо потряс ими над головой: – Всё как есть раздобыл! Ох и мудрёная же штука-а… – Чёй-то не поняла я… Немцы-то, поди, один рецепт и дали, а с тестом пожадничали?! – Неправда ваша! – горячо вступился за иноземцев Митька, на манер самца гориллы бухая себе кулаками в грудь. – Кнут Гамсунович – человек благороднейший и скупердяйства лишён, ровно крот подштанников. Вот, все тесты с однова взгляду перевёл! Со всеми вытекающими последствиями, и ныне нет мне секрету ни в душах людских, ни в характерах! В единый миг психотип любого просчитаю, и никакой лазейки преступности от меня не отыщется! – Никитушка, что ж он врёт-то? Сам в слободу Немецкую за тестом ходил, а нам бумажки в нос тычет… – Всё в порядке, – улыбнулся я, сдвигая посуду и освобождая место на столе. – Давай показывай, чему научился. – А вот не изволите ли для началу домик изобразить, лес, дорогу да солнышко. Я вам такие чудеса поведаю – ахнете! И вас, бабушка, попрошу… Нет-нет, не увиливайте, уж вас особенно! Как понимаете, вечер прошёл весело. А вот с наступлением ночи…"
-------- Митька... достал из-за пазухи книжечку и, не повышая голоса, дословно сказал следующее:
– Интерфес у Филимона Митрофановича не в креативе! Особо впечатлительные даже перекрестились, прочие вздрогнули… – Стрессы производственные, нехватка позитивного стимула; эмоциональный и гормональный фон пассивный плюс комплексное стремление к суициду!
Тут уж и самые тупые поняли, что дьяк долго не протянет…
– Статистически имеем полный аналог безальтернативного инсульта! Неадекватное позиционирование проблематики субъекта, повышенная эмпатия в сочетании с низкой ориентированностью холерически нестабильного психотипа!
Вся площадь дружно, в едином порыве, опустилась на колени. Перепуганные дети не смели даже плакать, не говоря уж о том, чтобы попросить конфетку. Бабы скулили, не разжимая зубов, мужики истово осеняли лбы крестным знамением – город прощался с мятежным буревестником думского приказу! Сам дьяк замер с раскрытым ртом, боясь пошевелиться, и даже дышал через раз, выдыхая в одну ноздрю тонкой струйкой… " (Куда ж там тому Гунелю!)